Тысяча и один гром

Но она не могла его снять и положить в садок, потому что боялась трогать рыбу!

Да это же было просто прекрасно! У меня появилась хорошая возможность отыграться.

Я немедленно перетащил ведро с карасями ближе к себе.

Теперь с очередным приближением диверсантки, я просто запускал руку в ведро, нащупывал там карася, и предупреждающе поднимал вверх. Как правило, это останавливало Ленку, как чеснок останавливает вампира.

Однако она, не желая до последнего сдаваться, начинала громко спрашивать меня о чём-нибудь издалека.

Тогда я вскакивал на ноги и бежал к ней с зажатой в руке рыбой. Взвизгнув, она срывалась с места и неслась прочь по берегу, снося всё на своём пути.

– А может, – спросил я у отца вечером, с надеждой заглядывая ему в глаза, – завтра мы пойдём на рыбалку без этих ужасных Куприяновых? Как в старые добрые времена, а?

– Нельзя, – рассеяно ответил отец, явно не замечая моего взволнованного состояния, – Ленка сказала родителям, что ей сильно понравилось…

Я мысленно зарычал и решил завтра утопить её в речке.

Но перед сном мне пришла мысль получше.

И засыпал я уже с умиротворённой улыбкой и в предвкушении.

На следующей рыбалке с утра я был сама доброжелательность. Пугать Ленку не представлялось возможным – мы пока ещё ничего не поймали. Я охотно ей подсказывал, цеплял червяка, масляно улыбался, не повышал голос. Поначалу, она воспринимала это настороженно и близко ко мне не приближалась. Но с каждой минутой лёд между нами таял, вскоре она обнаглела настолько, что стала даже меня задирать.

Я продолжал радушно улыбаться сквозь зубы. Даже когда я поймал двух небольших карасей, я продемонстрировал чудовищную выдержку и просто положил их в ведро.

Однако, реализация моего коварного плана неумолимо приближалась.

– Слушай, – сказал я ей, стараясь придать голосу беззаботность, – как ты считаешь, в таких сандалиях можно нам будет вечером на танцы пойти?

Вопрос про танцы сразил Ленку окончательно. Она утратила последние остатки бдительности.

– Вот, иди сюда, посмотри, – позвал я.

Ленка простодушно подошла и наклонилась, рассматривая мои дурацкие сандалии.

К тому моменту я уже незаметно засунул руку в ведро и держал в ней рыбу.

– Ну, я думаю, что лучше… – начала Ленка.

И тут я молниеносным движением руки оттопырил ей ворот футболки, а другой засунул туда живого карася.

Несколько секунд, растянувшихся для меня вечность, Ленка стояла, ловя ртом воздух и выпучив глаза.