Не очевидное, но вероятное. Сказки двадцать первого века

Одни стали выступать за старое, говоря, что государству, к коему они причислены, всякие перемены вредны и опасны, другие – за то, чтобы ничего не делать и мять бока на теплой печке, третьи, то есть радикалы, самые шумные, стали возмущать общество и звать к переменам.

Будущий стряпчий, а то и, Бог даст, прокурор, Дениска Макаров (так зовут моего основного героя, делающего погоду в моих сказочках) ходил с митинга на митинг, стоял поодаль, прислушивался да принюхивался, но на рожон не лез, всё больше помалкивал, не распахивал глубины своей души, ни с кем не делился самым сокровенным – убеждениями, значит.

Его осторожничанье привлекло внимание определенных людей. Вот он стоит у огромного окна аудитории и зубрит УК. Зубрит, а не забывает косить глаз и на то, что происходит за окном, то есть на стихию. И тут замечает рядышком мужичка, еще молодого и такого, как Дениска же, невзрачненького, с такой же бедной, как и у Дениски, растительностью на голове.

– Молчишь? – без приветствий спрашивает неведомый Дениске гражданин.

– Так ведь… это… ну… Как говорится, слово – серебро, а молчание все-таки – золото.

– Гы-гы-гы! – коротко и неумело, но со значением, хохотнул гражданин. – Значит, ближе к благородным металлам держишься?

– Так ведь… – Дениска кивает в ответ. – Понадёжнее…

– Ты, гляжу, – умничка. Так держать! – говорит гражданин и предлагает Дениске.

Дениска захлопал белёсыми ресницами.

– Что есть «наилучшим»?

– Увидишь, – загадочно сказал незнакомый гражданин и снова мрачновато гоготнул.

– Но… Я ведь… Не знаю вас…

– Твой коллега, Путинцев, однокашник… Бывший уже…

– А… Ну, да…

– Поди, слыхал?..

– Кое-что… Преподаватели вами гордятся, говорят, что сразу вам предсказывали великое будущее.

Путинцев со смыслом повторил:

– Держись моей стороны и великое будущее тебя тоже не минует.

– А… это… ну… Не… это… не обманете?

– Однокашники, – важно заметил Путинцев, – своих не кидают.

Юнец и еще совсем не старый мужичонка подружились. На почве? Право слово, не знаю. А биографы как-то этот предмет обходят стороной.

Ясно лишь одно: Путинцев Дениску больше не выпускал из поля своего острого зрения и из цепких и весьма-таки когтистых своих ручонок. Держал всегда неподалеку, без конкретных и нужных дел не оставлял.