Я дарую тебе Свет. Стихософия

От его от стен мне тепло в ночи,

Если ждём гостей, греет кирпичи.

Если ждём врага, крепче стража нет,

За окном пурга, чтоб запутать след.

И живу так век под его корой,

Человек живой, как в земле сырой.

Дай пойти на луг, надышаться, спеть,

Не пускает друг, закрывает клеть.

Если стал жрецом, получил покой,

Разруби крыльцо сам своей рукой.

Стань душой ствола да забудь о сне,

И течёт смола словно кровь во мне.

    2018

Я помню

Я помню: перекошенные рамы,

Обшарпанные стены и паркет,

И как сияли звезды в угольке,

И как входила полночь налегке.

И чашку молока в руках у мамы,

И эти, мной начищенные, рамы,

И этот, мной надраенный, паркет.

По радио передают, как Крамер

Играет джаз, и Бог живет в руке.

Я помню – ах, как память прихотлива —

Корзину, где вино, лаваш и сыр.

И как висел на ветке этот мир,

Земля, напоминающая сливу.

Как в шкафчиках, где кружево и лен,

Открытки, перемешанные с фото,

Те, на которых май запечатлен,

Лежали приложением к блокноту.

Исписанному бабушкой в саду,

Где пахло виноградною лозою.

Где пахло так, как пахнет пред грозою.

Я помню эти ливни на пруду.

Когда в атласном платьице и шали,

В летящих босоножках под навес

Когда-то наши бабушки бежали,

Похожие на маленьких принцесс.

И можно бесконечно удивляться,

Насколько мы прапрадедам верны.

Мы продолжаем верить и влюбляться

В тех, в ком они едва-едва видны.

Я помню только яблоневый вечер,

И звон колоколов. Луч в облаках.

Как обнимаю деда я за плечи

И засыпаю на его руках.

    2007 или 8

Опалихе

И ношу я свои вековые вериги

От Москвы по дороге железной до Риги,

Мимо древних болот красногорских и Истры, да,

Чтобы с медной иконой свой путь крестный выстрадать.

Затесалась, застряла Опалиха Никона,

Между мной и прадедом латышским возникла на

Том пути, обозначенном лесом и пашнями,

Опоясана Временем, предками нашими.

Меж боями рожденная, сном зачарована,

Тянет цепи телег с лошадьми и коровами.

Здесь – охотничий дом, там усадьба художника,

Здесь играем, поем, там помолимся Боженьке.

Старый добрый ДК – моей первою сценою,

Банька – детства река мне казалась бесценною.

Сарафан да коса, неба синего пажити,

Самолёт, полоса, все, что прожито-нажито —

Лишь твои голоса, да и те, может, кажутся.