Оглянись!

 – А кто же будет производить?

Когда до отца дошёл унизительный смысл министерских слов, когда он окончательно понял, что у него самым наглым образом отняли высокий смысл учительства, лишили благородной миссии и приравняли к парикмахеру в забегаловке на углу, к продавцу в продуктовом магазине, в дурно пахнущем ларьке, низвели в обслугу, появилась какая-то униженность во всём облике, точно его ударили, оскорбили, унизили, а у него не хватило смелости себя защитить.

Всё это случилось в последний год моей учёбы в школе.

Мать же всю жизнь погружена в хозяйственные хлопоты. Она отдаётся им всей душой. Это спасает её от скорбных мыслей. Особенно не вникая в смысл текущей жизни, мама предпочитает слушать вполуха отца и сочувственно вздыхать, одновременно помешивая ложкой доходящий наваристый суп.

Но вид стремительно стареющего мужа привёл и её к раннему увяданию. В свои пятьдесят лет они оба выглядят намного старше: по волосам неудержимо бегут ручейки седых волос, а лица беспощадно режут скорбные морщины.

Школа неуклонно, неумолимо меняет свой облик, отражая в себе перемены в мире людей, и с каждым годом приходит всё больше детей, которые со взрослыми говорят на другом языке. Их язык, рождённый эпохой цифровых технологий, окостенел в неспособности выразить простейшие человеческие переживания, и всё многообразие чувств, эмоций свелось к набору матерных слов, которые живут рядом с мишурой чужеродных слов, нахально вымарывающих из сознания родной словарь.

Детское снисхождение к бестолковым взрослым, которые отстали от века и уже много чего не понимают в современных гаджетах, а значит – в стремительно выкраивающемся из призрачной виртуальности мире, где параллельных миров всевозможных чатов, социальных сетей каждый год возникает по десятку на кулёк, где ежемесячно рождается и моментально умирает миллион новых слов, при звуках которых взрослые беспомощно моргают, не зная, то ли оскорбиться, то ли расхохотаться, это снисхождение сменилось жестоким высокомерием недотыкомок, мечтающих всех, кто старше сорока, сволочь на свалку, потому что, по мнению уверенных победителей в компьютерных стратегиях, старшее поколение так ничего и не смогло добиться в жизни, а потому и не достойно уважения.