Приключения. Фантастика

– Прости, Елизавета, твой Николай хотел мне что-то показать, вот я и пришел.

Из зала, где лежала на кровати Ева, раздался истеричный крик:

– Папа! Папа! Иди ко мне!

Лиза, осознав, что сейчас должно произойти, мышкой скользнула в дверь своей спальни. Владимиру, словно ударили по голове толстой палкой. Он побледнел, руки, ноги его затряслись, он закрутил головой, ища ответ на свой вопрос:

– Что это? Кто это? Как же так?

На не гнувшихся ногах, он подошел к двери в зал и тут же рухнул на пол. Ева соскочила с кровати, схватила со стола кувшин с водой, набрала воды полный рот и фыркнула всю воду в лицо отца.

Тот вздрогнул, открыл глаза и, увидев над собой склонившуюся головку дочери, схватил ее двумя руками, прижал к себе, снова закрыл глаза и зашептал:

– Будь ты ангел или дух святой, не отдам тебя никому!

Вложив в свои слова так много эмоций, что глаза его стали снова закрываться, он расслабил руки. Ева вновь набрала в рот воды и снова облила лицо отца. Придя в себя, он покрутил головой, нашел глазами Николая и тихо попросил:

– Помоги мне встать, Николай.

Встав на ноги, Владимир обнял свою дочь, очень долго они стояли так, обнявшись. Никто даже попытки не делал остановить их или окликнуть. Окончательно придя в себя, Владимир отстранил от себя дочь и, глядя ей в глаза, странно спросил у нее:

– Ну, что, дочь, пойдем домой?

– Да, папа!

Анастасия и Николай стояли чуть поодаль от них, держались за руки и только улыбались. Ева надела поданный ей наряд – юбочку и кофту, подвязалась сереньким платочком, взяла под руку отца и сказала:

– Спасибо вам, дядя Коля и тетя Настя! Не знаю, как вас отблагодарить….

– Молчи, молчи, доченька. Поклонюсь я.

В одной ладони он крепко зажал холодную руку Евы, пальцами другой руки задел тряпочный коврик на полу, согнув в поклоне спину.

– Жизнью обязан я вам за спасение доченьки моей! Спасибо, родные!

Быстро пошли они по улице, стараясь избегать всяких встречных людей. Ева шла, склонив головку и прикрывая рукой нижнюю часть лица своего.

Но люди и не обращали на нее внимания, все знали о смерти и похоронах Евы. Они и подумать не могли, что Ева могла «воскреснуть». Дошли до дома быстро. Перед входом в дом немного задержались, пошептались, и Владимир вошел в дверь один, оставив Еву в сенях.

– Ну что? Что выходил? – спросила его жена.

– Да, вот, дочь тебе привел, – улыбаясь, ответил Владимир.

– Не надо мне никого. Состояние такое, что хоть ложись, да умирай.