Человек из Прибойа. Книга 2

Мы тоже побрели по непривычно ровной и гладкой дороге, какую видели только внутри крепости, переваривали всё, что нам было сказано. Остались только вопросы: что в колодце, и сколько это – пара километров?..

– Эти полосы на пути, наверное, должны указать нам длину пути до поворота, но я никак не могу понять, сколько нужно отсчитать? – Свобода по привычке в размышлении чесал подбородок, там, где раньше была борода.

Мы шли не быстро, даже медленнее обычного, хотя по этой гладкой и лёгкой дороге хотелось бежать, так свободно было ногам – не обо что споткнуться.

Снова это чувство: новая земля, по слухам опасная и таинственная, но ничего не происходит – ветер в кронах шумит, да птицы щебечут, покой. Это чувство начинает приедаться, хоть и держит в напряжённом ожидании громкого гудка или вражеского воина. На новой земле любой воин – вражеский.

– Эти полосы не укажут расстояние, – слова Юри были уверенными. Лошадь, цокающая копытами за ней, фыркнула, будто согласилась. – Вон, они слились в одну полосу.

Дорога плавно заворачивала влево, и полоски по её центру слились в одну не разорванную полосу.

– А вот и колея. Тоже мне, учёная! Баба ты, и всё!

За эти слова Тсяпа получил гибкой хворостины, которой Юри обычно подгоняла лошадь, когда та останавливалась на пути, чтобы перехватить травы. Глубоко в душе я понимал гнев Юри и Арьи, был согласен с ними, но вставать на их сторону было рано, как я думал.

Колея была старой, местами упавшие листья совсем скрывали её от глаз. Тут не ходили большие машины, только телеги. Мы шли дольше, чем по гладкой дороге. Солнце выглянуло из-за туч. Вечерело. По пути мы собрали мелкий хворост и несколько крупных веток для костра.

Вот она – деревня Еличи. Маленькое брошенное поселение, окружённое пихтами, соснами и елями. Всего четыре избы из почерневших от времени брёвен да постройки и загоны для скота. Мастерская с горном, верстаком и наковальней, но инструментов и материалов в ней нет. Арья, Юри и Тсяпа занялись разведением костра, ведь солнце уже село. Мы же осматривали дома и постройки. Ничего. Всё, что мы нашли, – это сломанная лопата и пара книг, испорченных сыростью, в костёр их.