Стоит только захотеть

При этом для своего рассказа красок она не пожалела, расписав все Лёхины «подвиги» в самых ярких тонах и оттенках. Сама она довольно тяжело дышала, дойдя до конца своего повествования. И неизвестно, что именно было тому виной: то ли возмущение, то ли от гордость, что теперь-то уж «она вместе с милиционером призовёт хулигана к ответственности» – но эмоции для лица тёти Нины тоже не пожалели краски. В основном, конечно, красной.

От рассказа уважаемой пенсионерки милиционер помрачнел ещё больше и зашёл в подъезд, видимо, намереваясь услышать подтверждение слов соседки от других жителей, а, может быть, даже и от самого Лёхи.

Но ведь всем известно, что шила в мешке не утаишь. К вечеру от Лёхиной бабушки – Валентины Петровны – соседи, совершавшие вечерний моцион «прогулки на свежем воздухе», попросту сидя на лавочках с обеих сторон подъезда, узнали, что её внук «прославился» тем, что его безобразиям, видимо, двора уже не хватало, и они просочились с дворовой территории на школьную.

– Ладно бы на этом всё закончилось! – восклицала с возмущением Валентина Петровна, – так ведь что учинил, негодный мальчишка! Запер потихонечку учительницу математики, которая что-то писала в своей тетради, в учительской, а ключ спрятал – где бы вы думали?

– Где? – хором спросили обе лавочки.

– Под паркетной доской в коридоре! – в отличие от тёти Нины, Валентина Петровна стояла бледная, как наволочка.

– Ох! – не сговариваясь, выдохнули лавочки. И через полминуты превратились в рой жужжащих пчёл, обсуждая очередную Лёхину выходку.

Если бы Лёха вышел в тот вечер на улицу, то, наверное, весь рой так бы и вонзился в его руки и ноги. Но Лёха так и не появился среди гуляющих сверстников, из чего можно было сделать вывод, что старый ремень в тот вечер «в воспитательных целях» всё-таки был пущен в ход.

Своего велосипеда у Лёхи не было. Дворовые же ребята свои «велики» давать Лёхе напрокат опасались, потому что все знали: если в его руки попадёт какая-то вещь, целой и невредимой она уже к владельцу не вернётся. Он умудрялся сесть на велосипед и, отъехав метров на тридцать, обязательно врезаться в дерево или наехать на камень. Или с гиком заехать на чужом велосипеде в самую глубокую лужу и застрять там.