Песочные часы

Таз постепенно заполнялся, Паша слушал, как наперекор журчанию воды за стеной плакала женщина, проклиная тот день, когда она впервые оказалась в этом месте. Воображение представило Женю, то, как она сидит в одиночестве в четырех стенах, измученная болью, и единственное, куда она в силах добраться, это вот эта самая комната с лужами под ногами, цветущим кафелем и повсюду развешенными воняющими вещами.

Думая об этом, Паша не заметил, как вода добралась да краев и начала переливаться за их пределы. В спешке он быстро повернул вентиль, слил немного горячей воды в раковину, чтобы не расплескать по пути обратно, и, с небольшим усилием подняв таз, пошаркал обратно в комнату.

К моменту возвращения, Женя успела снова заснуть. На столе лежало полотенце, испачканное пятнами свежей крови. Паша не стал закрывать дверь до конца, а только прикрыл ее, подперев снятыми ботинками. Он поставил таз на стол и сел на стул напротив Жени, так бесшумно, как только мог.

Раз за разом он прокручивал в голове этот, казалось бы, часто повторявшийся, недолгий поход за водой.

Ненароков всплыли слова того незнакомца: «А если вы все же решите прийти, то получите работу, что вас обеспечит сполна». Паша прокрутил их в своей голове несколько раз. В последний он настолько глубоко ушел в себя, что на секунду решил, словно произнес их вслух, и встревожено прикрыл рот рукой. Женя мирно продолжала спать.

Через пару минут он не замечает, как веки уже наполовину прикрыли глаза. Кончик носа начал неумолимо тянуться вниз. Очертания пола постепенно скрылись в тени.

– Просыпайся, – послышался женский голос сквозь сон. Паша резко пробудился и, разглядев Женю перед собой, зажмурился и зевнул так сладко, что сразу прикрыл веки.

– Спи Жень, тебе надо больше отдыхать.

– Утро? – удивленно переспросила Женя. – Вообще-то сейчас почти двенадцать. Не слышишь, как соседи раскричались?

Пауза. Паша прислушался к одновременным возгласам пары за стеной, затем вылупился на Женю.

– Как почти двенадцать? – чтобы окончательно убедиться, он осторожно поднес руку к тазу. Вода в нем остыла.

– Как стрелка доползла до почти двенадцать, так и стало почти двенадцать, – она склонила голову на бок.