Мемуары гейши

– Вы что-то хотели, госпожа?

Я услышала голос Сацу и подбежала к дверному проему, где она стояла. Ее лицо выглядело очень бледным, почти серым, хотя, может, так казалось из-за ярко-красного с желтыми цветами кимоно, надетого на ней. Губы покрывал слой яркой помады наподобие той, какой пользуется Мама. Пояс у нее был завязан спереди, так же как у женщин, встречавшихся мне по дороге сюда. Увидев ее, я почувствовала огромное облегчение и радость и с трудом удержалась, чтобы не броситься к ней в объятия. Сацу радостно вскрикнула и закрыла рот рукой.

– Хозяйка будет меня ругать, – сказала старуха.

– Я сейчас приду, – сказала ей Сацу и исчезла в Тацуйо.

Через минуту она появилась опять и положила несколько монет в руку старухе. Та разрешила ей пройти в свободную комнату на первом этаже.

– Если ты услышишь кашель, – добавила она, – значит, пришла хозяйка. Теперь быстро.

Вслед за Сацу я вошла в вестибюль Тацуйо, освещенный скорее коричневым, чем желтым светом. Сильно пахло потом. Под лестницей находилась раздвижная дверь.

Сацу открыла ее, и мы вошли в крошечную комнату татами с одним окном, закрытым бумажными жалюзи. Света с улицы хватало только для того, чтобы видеть силуэт Сацу, черты лица были неразличимы.

– О, Чио, – сказала она, закрыла лицо руками и заплакала.

Я тоже принялась плакать.

– Сацу, это я во всем виновата!

Мы крепко обнялись в темноте, и я почувствовала, какая она костлявая. Она теребила мои волосы так, как это когда-то делала мама, отчего я буквально залилась слезами.

– Успокойся, Чио, – прошептала она мне. – Моя хозяйка убьет меня, если обнаружит тебя здесь. Почему ты так долго ко мне шла?

– Прости меня, Сацу. Я знаю, ты приходила ко мне в окейю…

– Несколько месяцев назад.

– Женщина, с которой ты разговаривала в окейе, – сущий зверь. Она очень долго не говорила мне об этом.

– Я должна убежать, Чио. Я больше не в состоянии оставаться в этом месте.

– Я побегу с тобой.

– У меня под матрацем есть расписание поездов.

При любом удобном случае я воровала деньги, и сейчас их у меня достаточно, чтобы заплатить госпоже Кишино. Ее избивают за каждый побег из дома. Она не позволит мне исчезнуть до тех пор, пока я не заплачу ей.

– Госпожа Кишино… Кто это?

– Старуха, сидящая у входа. Она собирается увольняться, и я не знаю, кто придет на ее место. Я не могу дольше ждать! Это ужасное место. Ни за что, Чио, не пожелаю тебе оказаться на моем месте! А сейчас лучше иди.