Мастер пера. Выпуск 2

Просто тихо сидит как на страже,

только мысли от пляжа не близко.

Пусть вокруг шум и гам, и крики

ребятни, облепившей воду.

Она видит лишь неба блики,

благосклонную к ней погоду.

На пороге своей жизни взрослой,

все веселье ее с грустинкой.

И атланты с старинных зданий

ей любуются словно картинкой.

Но она трезво мыслит и здраво,

и красивой себя не считает.

Лесть отвергнуть взяла как за право

и хвалящих по лжи отвергает.

Может, это и правильно? Юность

быстротечна, в ней много соблазнов.

Против них крепче странность и чудность,

хоть и кроме сто способов разных.

День насыщенный минул, и дома,

в продолжение пляжа, в окне

Видит девушка, как аксиома,

мир ей нравится, очень, вполне.

Уже сброшено школьное платье

и покончено с прошлым навек.

Снятся девушке вечное счастье,

и пришедший вслед юности век.

    Александр Поздеев

НЕБРОСКА ГЕОГРАФИЯ НЕБЕС…

Неброска география небес,

лишь облака, да ветер дикий.

Что дует в двух мирах, в стране чудес,

и в землях скороспелой земляники.

И там где небо склеится с землей,

и паралельное вдруг станет единичным,

Вся красота вокруг тебя немой,

не знавшей слов картиной станет личной.

И сделав шаг с покатого крыльца,

ты странствий ритуалы не покинешь.

Улыбку не сотрешь вовек с лица,

пока дорог сто тысяч не осилишь.

Ты странствовать начнешь, и в поиске себя,

все, все миры что были сном туманным.

Просты и ясны станут в свете дня,

и странника признают главным.

    Александр Поздеев

ПРОРОЧЕСТВО

Я умру на горе, убеленный сединами старец.

На горе, где рассвет в серебре,

и растет указующий в небо гранитовый палец.

В том мучительно злобном от вьюг ноябре.

Совершу свой последний поход, поминальную тризну.

Оглянувшись с вершин, на прошедшего вверенный след, и дарующий жизнь не посмеет прочесть укоризну.

Лишь набросит железной рукой на прошедшее плед.

    Александр Поздеев

ЕСТЬ ДЕВУШКА…

Есть девушка, ее зову душой,

лишь к ней иду когда печалька гложет.

Она светла, и добротой большой,

угаснувшему сердцу жить поможет.

Она всегда в закрытых свитерах,

застегнутых под горлышко рубашках.

Скромна, в больших глазах печаль,

и локоны завиты под барашка.

Не расстается с книгой, так чиста,

как героини всех ее историй.

Жизнь каждый день как с чистого листа,

в которой все, есть радость, есть и горе.