Пантелеимон

Иногда он хмурится, размышляя лишь о ему известных вещах. Пару раз Ермолай видел его в одежде из персидской ткани, но обычно он носит очень простые хитоны без вышивки, предпочитая строгий внешний вид. Черные длинные локоны юноши достают до тонких плеч. Весь его облик лишен обычной мужественности – он чрезмерно утончен, изящен, но не замечает этого. Но, все же, его резкие движения выдают его самоуверенную мужскую натуру. Шаг у него широкий, легкий.

Будучи проницательным знатоком характеров, Ермолай успел сделать собственные выводы относительно личности юноши.

Теперь ему оставалось лишь удостовериться в том, что эти выводы были справедливы. Для этого он выбрал удобный момент, воспользовавшись тем, что оба его собрата по вере заняты ведением хозяйства, вышел за ворота, чтобы познакомиться с юношей.

Глава 12

Пантолеон возвращался домой после занятия у Евфросина. Он быстро шел по узкой улице мимо высоких заборов, стараясь держаться теневой стороны Несмотря на то, что уже начинался вечер и солнце окрасило небеса в золотистый оттенок, разбавленный сизыми прядями пористых облаков, воздух все еще был раскален.

С моря дул легкий ветер, но в эти часы его дыхание не освежало улицы города.

На улочке по обыкновению было безлюдно. Лишь один раз навстречу Пантолеону вышла влюбленная парочка. Девушка нежно улыбалась своему спутнику, который держал ее за руку. Пантолеону нравилось, когда незнакомые люди счастливы. Невзирая на то, что сам он не искал женского внимания, он радовался, если другим случалось встретить свою любовь.

ОН шел все дальше и, подняв голову, задумчиво смотрел, как косой огонь солнечных лучей падает сквозь ветви деревьев на пыльную улицу. Тысячи былинок парили в этом зареве. Резко сощурившись, Пантолеон увидел, как свет солнца стал еще ярче.

– Интересный эффект, подаренный нам природой, Единым Богом Отцом или быть может Гелиосом, – прошептал он.

Сквозь сияющий поток к нему выступил силуэт человека. Это был грек преклонных лет, смуглый, с короткой седой бородкой.

И все же взор его очей источал почти такое же тепло, как зарево, объявшее его фигуру.

– Позволь поговорить с тобой, юноша, – молвил он.

– Почему бы и нет? Однако мы с вами незнакомы, и я не знаю, чем привлек вдруг ваше внимание, – ответил Пантолеон.

Снисходительно улыбнувшись, пожилой грек чуть склонил седовласую голову.

– Меня зовут Ермолай, – сказал он. – Я вижу тебя каждый день на здешней улице.

– Вы тут живете? – спросил Пантолеон.