Лола

Лола чувствовала губами его твердый подбородок, вдыхала запах мужской кожи с примесью воды, вернее, июльского пылающего тепла. Неожиданно ее губы заскользили по лицу, в котором было что-то волшебное и манящее, хотя и «среднее», но это «среднее» заставляло покрывать лицо Алексея всё новыми поцелуями, добираясь до мочки уха. Она совсем забыла о своем намерении ограничиться одним поцелуем. Забыла, что едва знает этого человека, забыла обо всем, кроме ощущения его кожи на своих губах. В ответ Алексей делал всё то же самое.

– Продолжай, – сказала она.

Алексей вначале хотел отстраниться, но Лолита в этот момент обняла его за талию и привлекла к себе. Губы Лолы коснулись губ Леши, и буря страсти вновь обуяла, одурманила обоих. Губы Алексея были теплыми, когда они поцеловались, теплее, чем она могла представить. Потом они поцеловались еще раз, испытывая обоюдное наслаждение.

Околдованная, опьяненная сладостными прикосновениями его губ и тела, когда он прижимал ее к себе, Лола только пробормотала что-то и изогнула спину, когда рука Алексея принялась гладить шелковистую кожу. Его пальцы обжигающими прикосновениями ласкали спину, потом настойчиво скользнули вверх, к груди. Лолита была так потрясена, что едва устояла на ногах. Неужели это происходило с ней: она реагировала на прикосновения незнакомого ей человека, осыпала его поцелуями? Неужели это та самая Лолита, та неприступная скала, монолит, к которому боялись подойти мужчины хоть на сантиметр ниже её.

В следующий момент его губы накрыли ее рот, и сопротивление Лолы было смыто волной предательского наслаждения. Эти губы были теплыми, надежными, знакомыми. Девушка попыталась воспротивиться своим чувствам, но ничто не могло остановить пронизывающее желание, электрическим током пробежавшее между ними, прогоняющее прочь противоречия, разжигающее нечто глубокое, восхитительное и гораздо более опасное.

Алексей обхватил руками ее затылок, путаясь пальцами в рыжих волосах и притягивая ее к себе. Лола инстинктивно прижалась к нему, губы Лёши завладели ее губами, руки медленно заскользили по ее телу, а его собственное тело напряглось под ее ладонями.