Книга желаний

Нам-то кто мешает? Сами в говне живём, а других учим! Мол, войну-у выиграли! В ко-о-осмос слетали! – пропел он. – Когда это было? Хватит о старом! За дело пора! Вот что бесит!

– А ты бы что сделал?

– Я? Не мешал бы людям! Оставил в покое! Только присматривал, чтоб всё по правде. А не так: что одним можно, то другим нельзя! Магазин бы открыл – рыболов-спортсмен. Охоту и рыбалку люблю. А то сам знаешь, у нас что открой, все – кормушка для гнид!

Помолчал.

– Едем с ней как-то по России. К матери. Осень. За окном – грязь.

Тут посреди кривых изб и серых заборов церковь. Беленькая, как кусок рафинада посреди навоза. Веками стоит! И стоять будет! Когда сгниют одни заборы и избы, и другие на их месте гнить будут! Глянул на ту церковь: хорошо на сердце, а кошки на душе скребут. Почему? Не пойму! – Парень подумал. – Если бы художником был, я бы посреди черного поля с избами и крестами ту беленькую церковь с золотым куполочком вывел. Вот тебе и вся русская душа! Как оттуда вернулись, часто об этом думаю!

– Что-то ты на мента не очень похож! – сказал хозяин.

– А кто из нас похож? – вздохнул парень. – Гнуться надоело! Мне б такую книгу, как у тебя! – Он поискал глазами. Затем посмотрел на часы и протянул: – О-о-ох ты! Времени-то! – Поднялся и надел фуражку.

– Хочешь, я напишу, чтобы у тебя наладилось?

– Кому? Ему? – участковый насмешливо показал глазами наверх. – Поспи! С недосыпа, как с похмелья, всякая херь в башку лезет!

Олтаржевский с пьяным упорством схватил карандаш и написал: «Пусть у него наладится».

Парень заглянул через его руку, дружески хлопнул хозяина по плечу и ушел.

Олтаржевский посмотрел вслед на приоткрытую дверь. Переполз на диван и забылся, тем тягостным сном, когда в мыслях хаос, а в душе муть. Ему приснился сосед покойник, бледный, но без крови – иначе, по русским суевериям, быть беде. Олтаржевский испуганно сел на диване и уставился на грязные чашки на столе. Он взъерошил волосы, соображая, приснилось или правда – было! Поморщился: ломило в затылке, и тут же вздрогнул – зазвонил домашний телефон.

– У тебя легкая рука, – услышал он знакомый голос. – Сама ждала у кабинета. Говорит…

Вячеслав Андреевич вспомнил об участковом и его жене.

– Слушай, звонят по мобиле…

– Понял. Ну, тогда привет Ему!

– Кому?

– Тому, с кем ты договорился! – пошутил участковый и бодро заговорил с кем-то.

– Вячеслав Андреевич? – спросил вежливый мужской баритон по мобильнику. – Я Бешев, помощник Гуськова.