…из Хаоса…

…твой мир ничуть не изменился —

хоть нарисуй, хоть опиши;

всё также гуси тянут Нильса

стезёй взросления души,

и свет по набережной длинной

течёт, впадая в сок реки;

и боги снова дружат с глиной —

хоть обратись, хоть обреки.

…ты сам себе – болезнь и лекарь,

огонь и дым, гора и низь, —

и сказка в теле человека —

хоть убеги, хоть обернись…

«…ни глаголом, ни локтем, ни медною лептой к мене …»

    К.С.

…ни глаголом, ни локтем, ни медною лептой к мене —

не добраться до Фив, дабы почесть воздать Алкмене

за измену царю, коей жертвою – сам Алкид.

Полощи наши годы бельём, – паче спуск киселен, —

в молоке, убегающем прочь – в глубину расселин.

Среди поля считай вновь обретшие плоть – полки!

…это та же страна, непочатая месть которой

обернётся соседям – почуявшей голод сворой,

да разбоем крестовым от тлена бегущих скнип —

за блатняк на поминках, привычный расклад терпила,

за порожние муки побед, что в себе копила,

и за чистый эфир, оживлённый посредством книг.

Узнавай и недуг – святотатство да боголепство, —

где птенец – под венец, – деспотии хромое детство;

пуще сраму в церквах – говорит о любви Дамаск!

…ты прими – в нашу жизнь не войдешь, как заходят в воду,

как бревно протыкает единственный глаз уроду

и как смотрит звезда в обезлюдившие дома.

…всё иначе. Чума – то не вечная мука пекла,

не закон площадей, не отчаянный шелест пепла,

не паскудство ума, не гробов глуховатый стук —

это просто болезнь.

то лишь знак за грехи обезумевшему транжире,

безобиден до срока – как свист и пожатье рук…

…приходила пора – оживали в пару овины;

кроме Спарты – кому на роду не любить Афины?

В каботажном купании – радостней взмах весла;

горизонт приземлён и трепещут в садах оливы…

Мы упрямо идём на свидание с прошлым – в Фивы,

сквозь извечные козни богов, коим несть числа.

…настоящее кратко, покуда молчит оракул;

на письме и на картах – чернильный узор каракуль,

меч стирает о ножны зазубренные края.

И, пока мы в пути, мы имеем в остатке – память,

для кого та земля прорастает весной хлебами,

и кому в полумраке свечою горит маяк…

Июнь 45

    Деду

…беги скорей. Опять восход. Смотри же, —

в косом луче, – лес коротко острижен,

и воздух шевелится у земли.

Фагот шмеля добавлен в духовые

оркестра лета. Мы еще живые,

хоть и бледны, что крашеный говлит.