Бесконечная игра. 6R

– Как пафосно звучит! – Форш откинулся на спинку стула. – Вспыхнет пламенем в груди любовь, а Вы её тут же приметесь контролировать.

Лейла Джейк молчала, глядя на него красивыми черными глазами. Страсть хорошо бы читалась в таких глазах.

Он поднялся, подошел ближе и присев на стол, чтобы быть выше, наклонился и начал вкрадчиво:

– Вот встречается Вам внезапно, в соседнем кабинете, или на улице неподалеку мужчина в полном расцвете сил, такой же привлекательный как я, и говорит: Милая! Ты пленила мое сердце! Ты прекрасна! Печь пирожки нашим детям и заботиться о домашнем уюте – это намного больше подходит тебе, чем состариться, гоняя наркоманов и мелких бандитов по неблагополучным кварталам.

Томас смотрел за реакцией. Ни один мускул на лице девушки не дрогнул.

Лейла ответила коротко:

– Вы не в моем вкусе.

– Ах, зачем же так сразу переходить на личности, предположим такую речь произнесет жгучий брюнет. Или Вам нравятся высокие голубоглазые блондины?

– Мне нравятся психологи, которые нормально делают свою работу, – сказала Лейла.

– Скажите лучше, что Вам нравятся психологи, которые не делают свою работу, не задают вопросов, и на основании поверхностных и формальных тестов, выдают нужные заключения. Я не такой, – Форш улыбнулся.

– Задавайте Ваши вопросы, – недовольно согласилась Лейла.

– Любые? – уточнил Форш, – Или только те, которые Вы считаете нормальными?

– Любые.

Она приготовилась отвечать спокойно.

– Вам нравятся жгучие брюнеты или голубоглазые блондины? – спросил с серьезным лицом Томас Форш, шатен.

– Главное, чтоб человек был хороший.

– Отвечайте, пожалуйста, чётко на поставленный вопрос.

– Брюнеты.

– Плохо, – веселясь про себя заключил Форш. – В патрулируемых районах большинство преступников брюнеты. А добропорядочные граждане часто блондины.

На лице девушки поднялись сразу две брови.

Форшу было весело. Но он с серьезным видом вернулся за стол и открыл её досье. Прекрасные показатели физической подготовки. Хорошая характеристика. Одна. Данные о семье, отец работал в силовых структурах, погиб. Печально… дочь своего отца. Идет продолжать правое дело, может быть даже мстить. А что мать? А мать умерла очень давно, еще более печально.