Истории в именах

 )

А ей зудит, а ей свербит,

Не за горами кот,

Как символ скрученных орбит —

Ей ж под тридцатник. ПОД!

А в доме тишь, а в доме гладь,

Пылит собой диван.

Ей б не отдать, хотя бы дать

(Не хитрый, в общем, план).

Но с мужиками полный пшик,

Капец, звездец, абзац.

Ни nobody, ни души,

Ни рук и ни прикладств.

Искрит огнями небоскрёб,

Луна – хоть волком вой.

В глазах тоска и недо@б —

Мужского рода, свой.

НА КОЙ?

Ванечка – тихий и праздный мечтатель.

«Вот бы…» – коронная фраза Вано, —

Что избавляет от всех обязательств,

В частности перед когда-то женой.

Петенька где-то то ль кризис, то ль вирус

Тягостной мыслью украдкой словил,

Чётко поняв, что из мамки-то вырос,

Но не дорос до отцовской любви.

Коленьке тридцать. Из хобби пивасик,

Лавка, ларёк, красный bond и подъезд,

Возле которого Коленька квасит,

Ну и, конечно, диван, если трезв.

Леночка с чувством, а где-то и с долгом

Роет траншеи под всех, словно крот.

Чтобы потом в задушевных и долгих

Не затыкать пересохший свой рот.

Светочка мнит себя павой и дивой,

А потому остальные не в счёт.

Трепетным, чутким и шибко пугливым

Рядом не место. А Бог сбережёт.

ЖИТЬ

Глянет с прищуром ироничным:

«Лес сосновый и поле ржи.

Чайка в штопор уходит. Жить!

Жить, отринув секунд ритмичность.

И дышать, и мечтать открыто!

Не бояться достигнуть дна.

Жизнь прекрасна! И жизнь одна.

И по нужной летит орбите.

Смотришь, глазу, как есть отрада,

Хоть сейчас босиком туда,

Где всё бренное – ерунда,

И где воздух пахуч и сладок!

И где хочется быть и сбыться

Хоть раз в год, хоть в столетье раз!» —

Говорила, не пряча глаз,

Мэри, сидя на пляже в Ницце.

ДО ПЕРВОГО СЛОВА

Он в мечтах был по-царски щедрым

И по-рыцарски смелым был —

Взмах рукой, и заклятый недруг

За сто первым считал столбы.

Он дарил ей луну и звёзды

В жаркий полдень, будил звонком,

И рябины душистой гроздья

Под окном посыпал снежком.

Целовал ей запястья нежно,

Вдохом жарким считая пульс,

И до одури был прилежным

Что в постели, что у кастрюль.

И Настасья, как есть влюбилась

И шагнула бы под венец.

А на деле мечты разбились

О сухое: «К тебе? Ко мне?»

Только вот Нина, никчёмность и святость

Явно попутав (ошиблась строкой),

Верит в прекрасное в людях «горбатых».