Роковое клеймо

Он рисковал и все же надеялся, что благородными жестами, сможет убедить родителей согласиться на этот брак.

Так я обрабатывала себя по многу часов. Ради того, чтобы мои родные были счастливы, ради может всеобщего спокойствия и моего тоже, я решилась на этот брак, что стало предавать моему здоровью силы и я пошла на поправку.

Я сама сказала об этом маме, когда она снова навестила меня, только у меня было одно маленькое условие, я выйду замуж за этого человека, но они разрешат мне общаться с моей подругой. Видя мое сияние в глазах, мама согласилась, лишь бы я была здорова.

Вскоре меня забрали домой, на тот момент мне как раз исполнилось восемнадцать лет.

Съехалось столько гостей, что я просто не ожидала. Как говорила моя мама

после болезни, я была еще худее, чем всегда и такой маленькой, будто мне исполнилось не более четырнадцати. Но главным подарком было то, что мама сама позвала на праздник Айгулю и ее родителей.

на своем празднике я первый раз увидела Амангельды.

Мне и раньше называли его имя, но вот как-то оно не умещалось в моей памяти, а может я так сопротивлялась, не желая его запоминать.

Даже подруга была удивлена, подталкивая меня ногой под столом, когда жених вошел в зал.

Это был высокий мужчина, в светлом костюме, важный, от чего держался прямо и немного свысока посматривал не всех. Он был светлолицый, а волосы черные и даже блестящие.

Мне стало так смешно, от мысли, что я должна выйти замуж за этого человека. Я даже хихикнула невзначай. А он подошел ко мне, после того как поздоровался с отцом и с остальными гостями, сказал что-то со всей важностью своего вида и протянул мне подарочный сверток.

Мне вдруг стало так страшно. Так безобразно отвратительно на душе, здравый смысл не желал умещать эту реальность. Ведь он увезет меня от мамы и моего дома, в свой, для меня чужой дом, где будут чужие люди, а что же его сын, который старше меня, будет называть меня мама?!

Мои руки похолодели, я дрожала, видя эту комнату с гостями, стол с множеством блюд, увлеченно разговаривающих родственников, как-то со стороны.

Только одна подруга заметила, как я переменилась. Мое лицо, вдруг стало обретать искаженные черты, как от нервоза. Это она мне потом так сказала.

Мне стало плохо. Я едва могла дышать. Комната сжималась до минимума и я в ней была зажата, как в тиски.