Близкая даль. Мистический роман

– Хочу поинтересоваться, отец, с какой максимальной скоростью может бежать ваш конь?

Старик задумался, сдвинул на бок шапку-ушанку, которую носил на голове и зимой и летом и, почесывая плешивый затылок, произнес:

– Шут его знает… Быстро…

Ответ мужчины устроил шофера, Андрей почувствовал свою значимость и с нескрываемой гордостью заявил:

– Эта, как вы, отец, выразились, штуковина развивает скорость до ста пяти километров в час!

Мужики рты раскрыли от удивления.

– Ого!.. – покачал головой Лужин.

Сельчане стали рассматривать машину: кто-то норовил открыть дверцу эмки и заглянуть в салон, кто-то щупал рукой колеса, иные поглаживали корпус ладонью, дивясь зеркально-гладкой поверхности.

Селезнев торжествовал, он чувствовал себя героем дня, парень засунул руки в карманы кожаного пиджака и, наблюдая за мужчинами, важно комментировал:

– Кузов автомобиля – цельнометаллический…

Шофер недовольно глянул на Бронислава Луганова, пытавшегося пальцами отогнуть над колесом крыло автомобиля.

– Что ты делаешь?.. – сделал замечание парень. – Сказал же – корпус – металлический, не пытайтесь его погнуть, вы б еще на зуб его попробовали…

Шофер подошел к мужчине и отстранил его от эмки.

– Это вам не игрушка, – сердито произнес парень, – с техникой надо обращаться полюбовно, как с женщиной, тогда она будет служить исправно.

Андрей открыл дверку легковушки, вытащил из салона деревенских мальчишек и, шлепнув Саньку Сычева ниже спины, пригрозил: «Смотрите у меня!» Наведя порядок во вверенном ему хозяйстве, шофер отошел в сторону и, глядя на дорогую сердцу эмку, восторженно произнес:

– Видели, какая у нее рама? Не машина, а просто загляденье!

– Что и говорить, – кивнул Бронислав.

– А на салон вы обратили внимание?

– Красота!.. – восторженно произнес Луганов.

– Для тех, кто не разобрался, что к чему, поясняю: внутри салон обит коричневым шерстяным сукном, – горделиво заявил Андрей.

– Любота… – восторженно произнес Федор Варенков.

– Вот бы моей бабе такого сукна на зимнее пальто, – заметил Лужин.

– Что и говорить… – кивнул Федор. – Нам бы в Гражданскую таких вместо тачанок, ох и дали б мы жару белякам! В таком корпусе и пули, наверное, застревают…

– А то! – проведя ладонью по блестящему корпусу автомобиля, произнес Матвей. – Это не в тачанке ехать, еще скорость учти…

Мужчины представили картину, словесно нарисованную Матвеем, и засмеялись.