БЕЛОЕ и КРАСНОЕ. Отпрыски

Откуда он взялся? Из космоса завезли, из параллельного мира? Законный вопрос: а откуда он взялся у инопланетян-иноземлян? Напрашивается вывод: разумом их мог наделить тот, кто изначально им обладает. Создатель. А Христос, Аллах – мифотворчество. Родители мои крещеные, потом сменили конфессию на коммунизм. Мое поколение вообще в атеизме выросло. Хотя эстетически тяготею к православию. А вы?

– Хороший вопрос. Отец был жив – ходил с ним в православную, у нас ее называют ортодоксальная. Маман моя, французская еврейка, неверующая была.

А жены… Первая была лютеранка; вторая, мать Дино, католичка; а нынче у меня буддийка. Тайка. Кван. Словом, Парк Пяти Религий – есть у нас такой в Лос-Анжелесе.

– Жена все приглашает, она тоже в Лос-Анджелесе.

– В самом деле, у вас в Лос-Анлжелесе жена? – почему-то обрадовался Майкл. – А что ж вы, отчего ж вы… Но виноват, не смею выведывать.

– Моя жизнь – здесь. Дочь, дом, друзья, язык… Кто-то, не помню, метко заметил, что Россия создана в назидание другим, как не надо жить.

К сожалению, так оно и есть. Но я люблю ее, родителей не выбирают.

– Я тоже люблю Америку и вряд ли смог жить где-то еще. Невероятно, нас столькое роднит с вами, голубчик, Игорь Алексаныч!

– Особенно 1917 год.

– Имеете в виду, что ваш отец был на стороне красных? Но ведь это дело прошлого.

Щербинин несколько удивился, затем сообразил и погрозил мундиру:

– Ну, Римма, погоди! Все вам продала. И что ж вы будете с ним делать?

– О! – засмеялся Майкл.

 – Надену на Halloween, праздник у нас, буду ходить пугать народ русской угрозой.

– До сих пор?

– Россия непредсказуема.

– Да уж, умом Россию не понять, – хмыкнул хозяин, а Майкл подхватил:

Аршином общим не измерить:

У ней особенная стать —

В Россию можно только верить.

Тютчев, верно? И как верно сказано!

– А вы, Михал Андреич, верите? – не без лукавинки поинтересовался хозяин.

– Верю ли я в Россию? Боже мой! Верю, голубчик, еще как верю! Особенно после того что увидел в Питере и за вчерашний день в Москве.

– И что ж вы такое увидели?

– Увидел, что Россия жива. Мой отец не верил, говорил – все может статься: и Америка уйдет под воду, как Атлантида, но Совдепия – навсегда. Верно, и ваш так думал?

– А как он мог еще думать: с 17-го года с большевиками, с 19-го в большевиках…

– И вот те на, да? – усмехнулся Майкл. – Под воду ушла Совдепия, а Россия взяла да всплыла. Или подспудно жила параллельно с режимом.