БЕЛОЕ и КРАСНОЕ. Отпрыски

Нет, правее…

– А Храм Святого Семейства?.. – поинтересовался Майкл.

– О, Саграда Фамилия! Вон он… Нет, ближе к горам. Четыре шпиля.

– На сосульки похоже? – уточнил Мартинес.

Англичанин улыбнулся:

– Скорее на рождественские елки, – высказал Майкл.

– О да! – подхватил англичанин. – Верно подмечено. – И предложил Майклу бинокль.

Солнце садилось, отсвечивая в ребрышках ажурных шпилей храма, будто и вправду на них надели гирлянды лампочек. Сзади напирали, и он не без сожаления вернул бинокль.

– А вы не хотите посмотреть? – предложил тот Мартинесу.

Тони было отказался, но тут же передумал и взял.

– А Баррио-Чино – куда смотреть?

– О! – понимающе осклабился англичанин, и Майкл почувствовал, что краснеет. – Вниз смотрите. Видите улицы под углом? Левая – Параллель, а в платанах – Ла Рамбла. Кто не побывал на бульваре Рамбла – не был в Барселоне. Писатель Сомерсет Моэм, а он кое-что повидал, назвал Рамбла красивейшей улицей мира. А впереди… Видите улица пересекает эти две? Оспиталь.

Тони приложил к глазам бинокль.

– Нет, ближе, ближе! – корректировал англичанин. – Невооруженным глазом видно. Если только вы не хотите кого-то конкретно разглядеть.

– Китаянку, – хихикнул Тони.

Англичанин засмеялся и покачал головой.

– В Баррио-Чино можно встретить кого угодно. Кроме китайцев.

– Квартал же китайский? – с недоверием возразил Мартинес.

– Я думаю, в подражание Америке: там у вас чуть не в каждом городе чайнатаун.

Когда, довершив круг, доползли до лифта и спустились вниз, уже смеркалось.

– Пошли скорей, – буркнул Тони.

– А морской музей? – заикнулся было Майкл. – Англичанин сказал – это рядом…

– Какой факин музей! – выматерился Тони. – Послушай, Ивлев… – Он подозрительно сощурился. – Может, у тебя не стоит? Или ты этот, а?..

В ответ Майкл хмыкнул и снискодительно потрепал Мартинеса по плечу.

– Только сперва зайдем пожрем, окей?

Что-что, а насчет пожрать Мартинеса уговаривать не пришлось. Сели за первый же уличный столик в начале Рамбла. Официант посоветовал взять паэлью и поставил им кувшинчик с вином и керамические кружки. Майкл тут же опустошил одну и закурил. Тони потягивал вино, глазел на фланирующую мимо публику и комментировал. Майкл рассеянно кивал, думая лишь о том, что его ждет.