Момент сближения

Появлялось новое ощущение родства и близости, что было необычайно приятно.

– Ой, ребята, – воскликнула вдруг Людмила, посмотрев на часы, – половина второго. Завтра подъем в шесть утра. Все, вы как хотите, а я пошла.

Сергей проводил ее до соседнего номера и вернулся. Мария Леонидовна продолжала сидеть в своем кресле. Ноги и руки отказывались слушать ее. Она хотела встать, пойти к себе, но не могла даже пошевелиться.

«Боже, что он обо мне подумает?»

– Успокойтесь, Машенька, – Сергей немного наклонился над креслом, – осталось всего четыре часа.

Так может быть, и не ложиться вовсе, в самолете отдохнем.

И снова внутри что-то защемило, заволновало, снова накатила эта тягучая волна ожидания чего-то неизведанного и такого прекрасного. «Какой все-таки славный город, этот Париж», – внезапно промелькнула невесть откуда появившаяся мысль и тут же растворилась в сладостном благоговейном дурмане…

* * *

Аэропорт встретил их размеренным гулом суетящихся пассажиров. Служащие привычными движениями выполняли свою повседневную работу.

Обычная предполетная суета.

Мария Леонидовна сдала свой чемодан в багаж и теперь прогуливалась среди разнообразия беспошлинных товаров даже не с целью что-то купить, а просто чтобы потратить оставшиеся франки. «Так что же произошло?» – размышляла она, вертя в руках очередную безделушку. – «Что со мной произошло?» Что же с ней произошло? Неужели и она не смогла удержаться от того, чтобы не попасть в ловко расставленные сети этого безумного города? Чувства, которые она так усиленно старалась погасить в себе все эти годы, вдруг одним разом всколыхнулись где-то в самой глубине ее души и выплеснулись ярким мощным живым фонтаном безудержного безмерного счастья.

Она едва не застонала от вновь нахлынувших воспоминаний. «А все-таки я, наверное, счастливая», – подумала Мария Леонидовна и направилась к кассе.

«Боинг», яростно урча всеми четырьмя моторами, равномерно набирал скорость, чтобы через несколько мгновений оторваться от взлетной полосы.

Сергею удалось уговорить рядом сидящего пассажира поменяться местами с Марией Леонидовной, и теперь они сидели вместе, все втроем, пристегнутые ремнями безопасности и смотрели, как за окошком иллюминатора белые всклоченные облака уплывали вниз, устилая собой дно безграничного небесного океана. Самолет лег на курс.

– Ну, все, теперь я буду спать, – сказала Людмила, прикрывая зевок рукой и удобнее устраиваясь в кресле. – Самолет для меня – лучшее снотворное.