Вкус ночи

Все превращенья грёз, ролей, страстей и судеб

Вдруг станут ослепительно малы —

И лишь бессмертья дух, от счастья пьяный, будет

Плясать огнём на кончике иглы,

Плясать огнём на кончике иглы…

Спала ты вся в сиянье лунных лилий

Спала ты вся в сиянье лунных лилий

И снила сон о лунном короле,

Искавшем всё тебя на той скале

В дымящемся пурпурном хрустале,

Где над тобой венки созвездий плыли…

И он к тебе, таинственный, явился,

Но не в ночи, не в сумерках, не днём —

Весь сонный мир, весь звёздный окоём

Во мрак очей бездонных погрузился —

Лишь чёрным антрацитовым огнём

Крылатый плащ его сквозь сон светился.

Он взял твои незрячие глаза,

Вложил их в свои тёмные глазницы,

«Да будет свет» – он слово не сказал

И Тьмы глаголом вещим не связал,

Лишь чёрно-антрацитная слеза

Блеснула ядовито сквозь ресницы,

Скатилась, и на шуйцевой деснице,

Безвремения выросла лоза.

И ты себя увидела тотчас,

Сидящую, как два в одном, на троне,

И чёрный камень в огненной короне

Вбирал весь Свет и не менял окрас,

И знала ты: тебя здесь похоронят

В последний, окончательнейший раз!

Не зрела больше ты ни в сласть агоний,

Ни в страсть мечты, лишь Чёрный Аксакал

Красу твою незримую ласкал

И знал наверняка: никто не тронет

Тебя, опричь его, от скал до скал —

И таял чёрный снег в его ладонях,

И чёрным сном прозренья истекал…

И первый лист падёт с торжественного клёна

И первый лист падёт с торжественного клёна,

Скользнёт по сну, и лик печальный освятив,

Слетит с застывших губ улыбкой затаённой

Осенний, неземной, таинственный мотив!

О, ты проснёшься вновь! Но не от поцелуя,

Не от мерцанья чар волшебного кольца,

И бог крылатых снов, по зеркалу танцуя,

Не поднесёт тебе алмазного венца!

И яблочный янтарь от Огненного Змея

Из локона твоих струящихся волос

Я больше не вкушу, от ужаса немея,

И не запью вином из ядовитых роз.