Правда жизни. О правдивой и честной поэзии

Из языков – английский только знали,

И каждый в математике хорош.

Курсанты факультетом дорожили,

Учебе отдавали все сполна,

Одной семьей единой они жили,

Во всех разведках было так всегда.

Радиосвязь ОСНАЗ – официально,

По документам был наш факультет,

Таким недавно стали мы легально,

А раньше – третий, и другого нет.

Для наших была физика преградой,

Не каждый мог ее преодолеть,

И для отдельных тройка как награда,

Но и за это надо покорпеть.

Английский надо знать, как переводчик,

Международный – был на всех морях.

Порой казалось, что уж нету мочи,

И на экзамен шел за ними страх.

Наши спецкафедры пощад не знали,

За любой промах – сразу не зачет,

И все курсанты это понимали,

На помощь в море дядя не придет.

Наш выпускник уметь всегда все должен,

Как инженер, и как специалист.

Любой БеПе ему не будет сложным,

Ведь он еще в добавок и связист.

Не все пошли нашей стезей военной,

Разведка стала флоту не нужна,

Наверно, прочный мир стал на вселенной,

И в прошлое ушла совсем война.

Бригад ОСНАЗ сейчас уже не стало,

На всех флотах нашей России всей,

И только ветераны знают – мало,

В разведке остается кораблей.

Я радуюсь за тех, кто еще служит,

Кто в звании уже догнал меня,

Такой нашей России, ой, как нужен,

А значит, я, тогда служил не зря.

    3 мая 2008 года. Балтийск.

Памяти Рембо

Мне напомнил сегодня товарищ о Рембо,

В девятнадцатом веке жил этот поэт,

Жан Никола Артюр – пронеслась жизнь мгновенно,

Тридцать семь всего было им прожито лет.

Его «Пьяный корабль» стал путевкой к Парижу,

Познакомил с Верленом, даже с Шарлем Кро,

Писал коммунарам свои первые вирши,

И даже мальчишкой делал людям добро.

Написанной в прозе в своей новой поэме,

А назвал ее просто «Пребыванье в аду»,

Отрекается он, здесь от жизни в богеме,

И духовный тот кризис не нужен ему.

А с Жарменом Нуво в старой Англии прожил,

Уроками французского кормил себя,

Но продолжил писать, и писал только в прозе,

«Озарения» – вышел цикл поэм тогда.

А потом начались его годы скитаний,

В Германии Штутгарт, а в Италии – Милан,

Тяжело заболел – сказалось изгнание,

Города пронеслись, как в песках караван.

Переводчиком был даже в цирке Луассе,

Три недели военным в Голландии был,

Только там в Индонезии стало опасно,

Пароходом в Европу он сразу отплыл.