Вторая

Твой путь – путь воина. Я не вправе отнимать у тебя твое ремесло. Теперь ты можешь присягнуть на верность любому из царств – тебе остается только выбрать, какому.

Послушался Фэ Хоу царя и покинул пределы царства Ци. Вскоре он присягнул на верность Жуань Жэню, царю Хань.

С тех пор чаша весов стала клониться в сторону царства Хань. В скором времени были им завоеваны царства Лю, Вэй, Гоу, Чжао и Мо. Жуань Жэнь провозгласил себя императором.

Так началась эпоха Хань.

Впервые наступил а Поднебесной мир.

Северные варвары – каланы, даюры, чжулени, и все остальные – лишь поглядывали в трепете на плодородные долины и взгорья империи и более уже не решались вторгаться в ее пределы.

Морская держава Юрё разрывалась во внутренних междоусобных распрях. А против южных Нянг император велел построить великую стену.

Мир воцарил в Поднебесной.

Вместе с миром наступило процветание. Чиновники стали носить шелковые халаты, а крестьяне заменили деревянную посуду фарфоровой. Построил себе Жуань Жэнь хрустальный дворец, повернул вспять реку Гань-Жу, и повелел возводить посреди империи небывалую пагоду до небес.

Отрядил он флот на поиски чудесной рыбы Ю-И, что древнее самого мира и живет в сердцевине морей – с тем, чтобы отнять у нее волшебную страну Фу, которую проглотила она на заре времен.

Сначала радовался император, восседая на троне в хрустальном дворце, а потом стал хмуриться. Все в Поднебесной принадлежало ему – кроме царства Ци, с которым у него был заключен странный и непонятный мир.

Призвал владыка своего полководца Фэ Хоу и повелел ему:

– Собирай войско и ступай завоевывать Ци.

Так продолжало действовать проклятие солнцеликого Ту Кхе, которое наложил он на жителей Поднебесной за их высокомерие и нежелание следовать Пути.

Побелел Фэ Хоу. Вышел он из дворца и отправился в горы Су Тянь. Там он поймал бабочку, занес ее в пастушью хижину, что на склоне горы, и стал ждать сумерек. Бабочка долго порхала по хижине, а когда устала, уселась на ручку чайника и сложила крылышки – в тот час перед Фэ Хоу возник мужчина средних лет в засаленном халате, с блестящей лысиной и огромным пузом.

Он держал в руке бутыль с рисовой водкой и лучезарно улыбался.

Это был знаменитый философ и великий бражник Шубаньши, про которого было известно, что в беседе с ним самые мудрые выглядели, словно неразумные дети, а глупцы смотрелись достойно и затмевали собеседника остротой суждений.

Поклонился Фэ Хоу и молвил:

– Здравствуйте, дяденька.