Європа

Игорь вспомнил, как несколько лет назад ездил с друзьями в Москву, и кто-то из компании предложил быстрый способ пересчитывать рубли на гривны (курс был тогда five to one): «на пять делить в уме не шибко приятно, так что лучше сперва умножить рубли на два, а затем разделить на десять». «Мудрёная схема», – возразила одна девчока. «А чего тут мудрёного? Умножить на два? Допустим, двести тридцать рублей. Умножаем, получается четыреста шестьдесят. Делим на десять, в смысле просто откидываем ноль – получается сорок шесть гривен.

Делов-то!» Считать так было действительно удобно, только, как вскоре выяснилось, бессмысленно: тысяча рублей в Москве – совсем не то, что двести гривен в Харькове, что бы ни утверждали обменники.

Ждан быстро приловчился рассчитывать в уме и мощности кондиционеров.

– Офис три на четыре метра, – сказал Чижов, – сторона не солнечная. Два компа, копировальная машина и двое сотрудников. Какой нужен кондёр?

– Двенадцать квадратов… Один и два, – прикинул Игорь, глядя в пол. – Два компьютера с ксероксом, три по ноль-три – ноль-девять… Два сотрудника – ноль-два.

Итого, один и два плюс ноль-девять, плюс ноль-два – значит, две целых три десятых киловатта… Получается, чуть больше семи. Восьмерка, есть такое?

– Восьмёрок нет, но тут подойдёт семёрка. Как бы впритык. А вот при тех же параметрах и солнечной стороне будет уже девятка.

– По статистике микроволновки и кондиционеры ломаются реже всего.

Часов в шесть Ждан вернулся на стиралки.

– Ну что, стажёр, – спросил Олейников, – ты теперь спец по климатической технике?

– Не то чтобы… Но кое-что усвоил.

– И чем отличается кондиционер от холодильника?

По Сашиному лицу было сложно понять: шутка ли это, издёвка или действительно вопрос на знание техники. Впрочем, вопрос был не таким и странным – с одной стороны, у холодов и кондёров много общего (компрессор, хладагент, испаритель, конденсатор); с другой – они не близнецы, так что все эти «найди десять отличий» – никакая не головоломка.

– Принцип одинаков: хладагент испаряется и поглощает тепло, которое передаётся на теплообменник.

Только у кондиционера вместо холодильной камеры – комната, а тепло выводится на улицу.

– Да-да, – закивал Олейников, – именно так.

И снова было непонятно – дурачился он или серьёзно.

– Слушай, – решил спросить Ждан, – а что всё утро за фигня происходила?

– На хрен, – отмахнулся Саша. – Лучше и не вспоминай.

– Гостайна, блин… – тихо сказал Игорь, словно обиделся.