Кошмарный робот

Офицер продолжил осмотр лужайки и дорожки, даже опустился на колени в поисках пятен крови. Начав с указанного места, он двигался все более широкими кругами, пока не охватил почти всю территорию бокового двора.

Все это время мистер и миссис Хардинг с удивлением наблюдали за происходящим. Если они были виновны в смертном преступлении, наказанием за которое, как они должны были знать, является смерть, то они, конечно, прекрасно умели скрывать свои чувства.

Вскоре шериф поднялся, вернулся к Мэнделлу и сказал:

– Я не нахожу здесь никаких улик.

– Это очень странно, – ответил Мэнделл. Но доказательства могли быть уничтожены между совершением преступления и нашим прибытием.

– Но на лужайке нет никаких следов конфликта.

– Да, это странно, – признал Мэнделл. – Но пойдемте, мистер Томпкинс, я проведу вас к роще, которая находится вон там.

– Во имя всего святого, что вы ищете, господа? – вмешался мистер Хардинг. – Разумеется, вы не пытаетесь обвинить нас в грязном преступлении!

– Об этом вы узнаете в свое время, мистер Хардинг, – парировал шериф.

 – Где мы можем найти несколько лопат?

– Вон там, в дровяном сарае, – без тени сомнения ответил мистер Хардинг.

Вслед за шерифом и двумя другими офицерами Мэнделл направился по склону холма в сторону фермерских построек. Когда они подошли к углу фруктового сада, его на мгновение озадачило одно необычное обстоятельство: ограда из реек шла вдоль склона, а не по диагонали, как он полагал.

Но, возможно, если смотреть на него издалека, то так и будет казаться, подумал он.

Они шли вдоль забора, пока не уперлись в заросли на границе небольшого участка леса. Должно быть, это и есть та самая роща, в которой было тайно захоронено тело женщины. Пульс Мэнделла учащенно забился, когда он приблизился к этому месту, которое, как ему показалось, было наполнено какой-то жуткой атмосферой.

Шериф и его люди вошли в рощу и стали осматривать землю в том месте, которое указал им проводник.

К своему удивлению, они обнаружили, что земля повсюду покрыта опавшей листвой, травой, мелкими кустами и зарослями. Свежей грязи было не видно, никаких следов земляных работ; ни один листик, ни одна травинка, ни один кустик не были потревожены во всей чащобе площадью в несколько саженей.

Все кусты были крепко укоренены и не подавали признаков того, что их когда-то выкапывали. Сыщики тщательно обследовали каждый фут почвы.