Кошмарный робот

Итак, сэр, у вас есть две минуты.

Швиков стоял неподвижно, пока Ферран отсчитывал оставшиеся ему секунды; наконец, когда время истекло, он ступил на королевскую клетку и замер, слегка покачиваясь, с капельками пота на лбу.

– Браво! – воскликнул граф, – видите, все совершенно безопасно, как я вам и говорил. Даю вам две минуты, чтобы сделать следующий шаг.

Швиков с побелевшими губами шагнул по диагонали на клетку ферзевой пешки и замер, тяжело дыша, но невредимый.

– Две минуты на следующий ход, – сказал старик бесстрастным тоном судьи.

– Нет, нет! – взволнованно закричал Швиков, – Последний ход я сделал сразу, у меня есть почти четыре минуты. Меня нельзя торопить, я должен сохранять спокойствие. Я, как видите, прекрасно владею собой.

Его голос перешел на крик, а открытая рука смахнула пот со лба на лицо, размазав его по мрачному лицу.

Я спокоен! – кричал он, стуча коленями, – но это не игра в шахматы, это убийство. В шахматах я мог бы сколько угодно раздумывать над ходом.

– Верно, верно! – учтиво сказал старик, откинувшись в кресле, хотя его рука не покидала черной рукоятки рычага. – Вы правы. Прошу прощения за нарушение шахматных законов, не торопитесь, у нас впереди целая ночь.

Швиков долго стоял в зловещей тишине, которую то и дело прерывал оглушительный треск со стороны раскаленной электропечи. Воздух казался заряженным электричеством и почти не ощущался. Время, отпущенное ему, не давало преимущества, а только расшатывало нервы, и, когда он с опаской оглядывал металлическую шахматную доску, медные квадраты казались раскаленными докрасна, и опасная иллюзия, что стальные квадраты холодны и безопасны, занимала все большее место в его сознании.

С криком ужаса он быстро отдернул ногу.

С трудом обуздав желание прыгнуть, он встал, балансируя на левой ноге, и осторожно приблизился к стальному квадрату носком правой. Когда носок ботинка коснулся стального квадрата, Швиков почувствовал, как по его телу прошло странное ощущение.

– Пощадите! Пощадите! – кричал он. – Я уже достаточно наказан. Я убил человека, но его смерть была внезапна, а не такой чудовищной пыткой, как эта. Я достаточно наказан.

– Неправда, – сказал старик. "Око за око".

Все самообладание покинуло жертву. Из положения приседа он прыгнул, как тигр.