Весеннее полнолуние

Пройдемте, тут недалеко.

Вадим не сдвинулся с места, но готов был наброситься на противника.

– Ну зачем вы так враждебно настроены против меня? – промолвил тот с обидой. – Я не причиню вам зла, не бойтесь меня, здесь рядом, пройдемте.

– Я вас?! —отреагировал Вадим с гневным презрением. – Куда?

–Да вот, здесь, – Хиляк протянул руку в сторону городской магистрали, прилегающей к министерству.

Вадим устремился в указанном направлении.

– Как выйдете, сверните направо, – Хиляк бросился догонять.

Они, покинув двор, окунулись в спешащий поток людей.

– Стойте! – выдохнул воздух. – Мы пришли.

– Не прикасайтесь ко мне, – Вадим с брезгливостью отдернул руку.

– Простите, непроизвольно получилось.

Отдышавшись, Хиляк подошел к вблизи стоящей иномарке, отпер заднюю дверь, – садитесь, пожалуйста, всего на одну минуту.

Вадим окинул взглядом автомобиль, тонированные стекла скрывали салон.

–Вадим Николаевич, зачем вы так? Можете убедиться, машина пуста, – досадливо проговорил. – Дело в том, что я хочу передать вам документы, касающиеся лично вас и вашей фирмы. Документы особой важности. Против вас затевают нечистую игру, прошу вас, садитесь, дорога каждая минута.

Вадим не доверял Хиляку, однако отказ от предложения означал проявление трусости, чего он не мог позволить себе.

Хиляк устроился впереди рядом с водительским сиденьем.

– Сию минуту, – он нагнулся, поднял с пола чемоданчик, открыл, стал перебирать в нем какие-то бумаги.

–Не закрывайте дверь, сейчас, одну секунду, я передам вам бумаги, и вы выйдете, —пробормотал под нос. Вадим решил терпеливо ждать.

Вдруг, в какие-то доли мгновения, – Вадим не успел опомниться, – его сжали с боков двое грузных мужчин. Очутившийся за рулем какой-то детина сразу завел мотор, рванул машину с места.

Вадим попытался высвободиться.

– Не возникай, – вяло произнес слева сидящий и ударил тяжелым кулаком в грудь.

– Остановите машину! Сейчас же выпустите меня, – несмотря на грозное предупреждение, Вадим вновь постарался вырваться из тисков. Сосед налег на него всей массой, пальцами, словно клещами, сдавил кадык.

–Урод, не понял? Не возникай.

От пронзительной боли Вадим скорчился, испустил хрип.