Легенда о мизантропе

А та, вкупе с мирным приютом космического лайнера, навсегда уплывала из окоема ошалевших экспериментаторов.

Чугунный шарик, подтаивая в недружелюбной атмосфере планеты, распался на мизерные дольки. И шрапнелью обрушился в прибрежный ночной туман прикорнувшего английского городка. По пути космическая струганина задела и ожгла пару перьев торопящейся куда-то чайки. Та крикливо огрызнулась. И резко спикировала в белесую мглу. Прохладный смог осел ниже, на самую зеркальную безмятежность моря. По которой вдруг звучно и тяжко зацокал небесный металл.

В ответ – водная длань, дрожа и пульсируя, затрепыхалась о сваи литоральной площадки. А вскоре и весь деревянный мостик млел в необъяснимой тревоге. Тогда над сосновым настилом, сквозь влажную и вязкую серость, начал медленно проступать человеческий силуэт.

Он склонился и сделал несколько шагов по кругу. Он, точно, что-то высматривал под собой. К тому же он все время держал бок правой кисти у рта, выкрутив предплечье локтем к животу. Так как к губам прижималось внешнее ребро его широкой пясти.

Слышалось легкое подсасывание.

Человек был крупен, увесист, с непропорционально длинными руками. Он грузно ступал на слегка согнутых, худощавых и кривых ножках. Напоминавших скорее куриные лапки с выраженно-острыми коленками.

Облик отличался генетической феноменальностью. При изрядных размерах туловища – непримечательность коротких членов, удерживающих вес. Нескромно вытянутые узкие стопы. Плечистость и выпяченная грудь, над которой – горбатый удлиненный нос на тесном карликовом черепе.

Все это пришлось бы идеальной букой к любому кошмарному сну.

К тому же одеяние… Хотя нет. Не смогу описать одежду. Все представлялось серым, неразличимым, с оттенками матовой молочности, может… Наверное, из-за тумана. Да и сумерки ещё толпились… В общем, что наверняка – куртка до пояса, застегнутая. Облегающие бриджи. Да-да: бриджи! Бриджи! Вспомнил! Устрашающая деталь, правда? Почему? Потому что сезон глубоко осенний был. Не просто какой-нибудь багряный листопад, а вплотную приблизилось дыхание заморозков.

…Бриджи…, а внизу выступала голая костлявая голень. Ещё ниже – летние женские туфли на чрезвычайно высоких и толстых каблуках. Также фигурировали продолговатые пальцы и нестриженные ногти. Кои я, со всей ответственностью, назвал бы коготками. Мне чудилось, что их владелец иногда с удовольствием скреб ими по доскам смотровой площадки. И помню точно, что на голове персоны не присутствовало ничего.