Записки разведчика. Книга вторая

Санитары подхватили носилки и почти бегом кинулись по коридору.

– Володя, операция будет долгой, может занять всю ночь. Я дам тебе ключи от моего кабинета, пойди поспи немного хотя бы.

– Валя, я не отойду от дверей до конца операции. Он нужен мне живой, и ты – тоже!

– Неужто так всё серьёзно?

– Очень!

– Тогда надень халат, пожалуйста! – улыбнулась Валя.

«Красивая!» – в очередной раз подумал Володя.

Глава 10

Петухов

– Дежурный по роте, на выход! – отдавая честь, закричал дневальный.

Из расположения роты выскочил сержант:

– Здравия желаю, господин лейтенант! Дежурный по роте сержант Веселов. Чем могу быть полезным?

– Здравия желаю, господин сержант! Лейтенант Петухов. Мне необходимо поговорить с сержантом Вакиным. Это возможно?

Дежурный пожал плечами:

– Так точно, господин лейтенант, но хочу предупредить, что через полчаса у нас обед, так что постарайтесь уложиться в это время.

– Спасибо большое, сержант, за предупреждение. Я постараюсь.

– Тогда я могу предложить вам для беседы каптёрку или политкомнату, на выбор.

– Я думаю, мы пройдёмся по территории части, чтобы никого не смущать.

Сержант снова пожал плечами:

– Как скажете, господин лейтенант. Сержант Вакин, на выход, к Вам пришли.

Застёгивая пуговицы на гимнастёрке, из расположения выбежал Вакин. Обрадовался, это хорошо.

– Здравия желаю, господин лейтенант! Сержант Вакин по вашему приказанию прибыл!

– Здравствуй, Александр! Есть разговор. Пойдём, поговорим по душам.

– Пойдёмте, господин лейтенант.

На улице сегодня как-то душно, наверное, дождь к вечеру начнётся. А сейчас нужно куда-то в тенёк спрятаться.

– Ну что, Саша, не передумал ещё в разведку проситься?

– Никак нет, господин лейтенант, не передумал!

– Твою просьбу о переводе я передал, теперь она решается наверху. А поговорить я тебя позвал вот по какому вопросу. Что ты можешь рассказать о Травкине? Были ли у него друзья среди сослуживцев, чем он увлекался… В общем, вот такие сведения меня интересуют.

Сержант призадумался немного, вспоминая, а потом заговорил, немного растягивая слова, словно выуживал их из памяти и собирал по крупицам:

– Близких друзей у него не было, на контакт и сближение он не шёл ни с кем. В общении он был трудным, неразговорчивым и угрюмым, что ли… Служебные дела знал, выполнял хорошо, но без рвения, не торопясь. Апатичный он какой-то был. А увлечение у него было одно: он очень хорошо рисовал, причём на любую тему.