Африканская принцесса

– Руки убирай и вымой мою правую руку.

Бэл вытащил ее из девушки, а вместо нее ввел левую.

Кошелев поспешно ополаскивал ему правую руку и вытирал полотенцем.

Бэл раз за разом левой рукой сжимал сердце девушки пытаясь его запустить.

С десятой попытки тело девушки вздрогнуло, и она открыла глаза.

Но лишь на мгновение, Бэл резко провел правой рукой над ее лицом, и девушка уснула.

Бэл без сил опустился на стул.

– Слава сигарету прикури.

Кошелев достал из кармана его брюк сигареты и прикурив поднес ее к губам Бэла.

– Руку вымыть?

– Потом Слава, потом, сейчас отдохну и закончим.

Кошелев трясущимися руками выудил из пачки еще одну сигарету и закурил сам.

– Могло и не получиться Анри?

– Могло, на последних считай секундах, я уже думал, что не запустится.

– Анри, а с врачами как быть, которых ты выгнал?

– А, что не так, выгнал и выгнал, мне такие врачи не нужны.

– Это так, но у нас пациенты здесь, их лечить теперь кто будет?

– А, эти хирурги, они что у тебя незаменимые что ли… -недовольно спросил Бэл.

– Ну есть пара молодых, только у них опыта никакого.

– Если не будет практики, то и опыта не будет.

– Сколько у тебя здесь больных?

– Четыре взрослых и двенадцать детей.

– На операции сколько?

– Семь, один взрослый и шесть детей.

– Взрослого пациента и двоих детей сегодня на операции, будут делать твои молодые хирурги, а я поприсутствую.

– Сразу три операции в один день?

– А, что это тебя так удивило, в войну хирурги их и по десятку делали.

– Но сейчас то к чему такая спешка?

– К тому, что времени у меня нет, нам еще и в другие места надо.

– Хорошо Анри.

– Заканчиваем.

Бэл встал и начал закрывать на животе девушки большую рану.

Она медленно затягивалась, наконец исчезла совсем.

– Слава зови медсестер, пусть доведут все до ума.

Кошелев вышел в коридор.

Оттуда послышались возбужденные голоса.

– Что там Слава… -спросил Бэл, когда тот вернулся с двумя медсестрами.

– Да папаша ее все сюда рвется, и хирурги тебя ждут, не ушли.

– Зачем, с ними я все уже решил.

– Анри, а может не стоит так кардинально, случай все же неоднозначный.

– Нет, Слава, я сказал все, своего решения менять не буду.

Кошелев замолчал.

Медсестры быстро вымыли девушку, накрыли чистой простыней, с удивлением посматривая на нее, и на Бэла.

Девушка умерла, и вдруг снова живая, было чему удивляться.