Свет мой Ленка

– Колись! – сказала я, – для чего нужны подруги, если нельзя облегчить душу?!

– Да представляешь, – сказала озабоченно Ленка, – Игорь ушёл в шесть утра, а через час ко мне зашла Людмила Фёдоровна со старой наволочкой в руках.

– Зачем?! – тупо спросила я, – С наволочкой зачем?

– Затем, чтобы мы с Игорем стелили её на постель, когда спать ложимся!!! Ведь стиркой белья в доме занимается она!!!

– А нельзя тебе самой стирать ваше постельное бельё?! – спросила я.

– Нет! – сказала Лена обиженно, – меня пока к машинке не допускают, поскольку это особо сложная техника!

– Конечно, это тебе не телеграфный аппарат, который ты обслуживаешь!

– И в чём трагедия?! – продолжала удивляться я, поёживаясь и примеряя на себя подобную ситуацию.

– А как я должна сказать об этом Игорю?! – всплеснула руками Ленка, – мне сты-ы-дно!!!!

– А ты с юмором!!! Он идёт к кровати, видит наволочку, говорит: – Что это???

– А ты ему ласково: – А это мама дала!!! Не будем же мы её огорчать!!! И ни сантиметра ни влево, ни вправо!!!

– Ага! – прыснула Ленка, – может, её приметать ниткой к простыне?! Или попросить ещё одну?!

Мы уже хохотали в голос, когда раздался звук открываемой двери.

– Здрасьте! – сказала я родителям Игоря и заторопилась уйти.

А вечером в общежитие приехал Женька. Я в комнате была одна. Ольга уехала домой к родителям в свой городок на выходные и ещё не вернулась, а Ленка ещё не сообщила о выселении коменданту, потому никого к нам в комнату вместо неё не подселили.

Мы совсем не спали в эту ночь. Мне шёл двадцать третий год и тело бесстыдно заявило о своих желаниях. А ещё мы много говорили: о Женькиной матери, которая рано ушла из жизни в пятьдесят четыре года; об отце, бывшем командире торпедоносного катера во время Великой Отечественной войны где-то на Балтике. Как попал потом он на Дальний восток, как воевал с японцами в августе 1945 года, как встретил и полюбил жгучую красавицу Марию Краснову, с большими, выразительными, тёмными очами, словно сошедшую с лент немого кино.

Ещё про то, что у Женькиной матери была страсть к статуэткам и редким красивым вещам, которые как трофеи были завезены в Советский Союз из Европы после победы в Великой Отечественной войне защитниками родины.