Жизнь – не рай. Жизнь лучше рая (сборник)

Авдей Сергиевич хрипло, долго, от души смеялся над этими словами; даже прослезился:

– Да никогда она не повесится! Ты сам ее повесь, выбей у нее табуретку из-под ног, убедись – все, конченая, а зайди хоть через десять минут – она уж в углу на табуретке сидит, живёхонькая, глазёнки мелкие горят, и вот поливает весь белый свет… «Чего это ты, Варвара?» – спроси у нее. А того, скажет, веревки еще такой на меня не сделали, чтоб я с ней не управилась, тьфу на вас, окаянных…

Полина, слушая долгую эту тираду отца, слегка наклонила в изумлении голову и сначала непонимающими, а потом веселыми, а еще потом – смеющимися глазами смотрела на воодушевленного своей речью отца.

– Ну, спасибо хоть – успокоил, – проговорила Полина. – Я-то ведь не на шутку встревожилась: мать Варвара, она с норовом, выкинет еще номер – тебе же потом хоронить придется.

– Мне, что ли? – не понял Авдей Сергиевич.

– А кому еще? – нарочно с серьезным видом удивилась Полина.

– Э-э, нет… – погрозил отец пальцем. – У ней Зойка есть, зять, внуки да твоя еще семья – хватит народу, чтоб запихать, куда следует, с почетом.

– А ты – даже и венок не принесешь?

– Не то что венок, а и знать не хочу, живая она или мертвая! Помрет – пускай сама с собой разбирается.

– А к живой, значит, в гости не поедешь?

– Снова осердить меня хочешь?

– И спросить нельзя?

– Спрашивала – ответил.

– Ладно, поняла. Спасибо за угощение. – Полина поднялась с табуретки, засобиралась домой.

– Еще и обиделась? – удивился Авдей Сергиевич.

– А хотя бы и обиделась, но ехать надо. Сначала к матери Варваре, а там и в Свердловск, домой. Дела-то не ждут…

Авдей Сергиевич покорно проводил Полину до ворот, приостановил чуть, нарвал в огороде гороху и бобов, сунул дочери.

– Женьке там отдашь… Извини, угощение не богато…

– Да чего там! – махнула рукой Полина. И, чуть задержавшись у калитки, выпалила скороговоркой: – На всякий случай запомни: улица Металлургов, дом 15, квартира 6.

Отец пропустил ее слова мимо ушей, спросил свое:

– К матери-то не забегала?

– В другой раз, отец. Сегодня вряд ли успею.

– К Варваре время находишь шастать, а до матери руки не доходят, конечно…

– Мама простит: живым нужно наше участие.