Истории за чаем

 – София вопросительно посмотрела на Никиту, затем перевела взгляд в камеру и немного наклонила голову набок. – А нам пора переходить к ингредиентам.

– Подожди, София, как ты думаешь, нас будет смотреть больше женская половина телезрителей? – Никита задержал взгляд на Софии, на том, как её руки лежат на удобных подлокотниках инвалидной коляски, затем провёл взглядом по большим тонким колёсам.

«Не торопи мотор, а то сотрёшь покрышки, – шутил про себя Никита и улыбался, – я приготовлю тебе такой десерт, – продолжал думать он, – какой ты ещё не ела.

– Думаю, больше будет женской половины телезрителей. – Спокойным голосом ответила София.

– Поэтому они меня поймут. – Никита встал прямо и в камеру очень уверенно произнёс, – милые дамы, я прошу вас только об одном. Когда будите готовить наш сегодняшний десерт – делайте это с любовью. Не с очередным раздражением на мужа из-за разбросанных носков, не с обидой, что он опять забыл купить хлеб или вынести мусор, ни тем более с ненавистью, которая есть смерть для всего живого, но только с любовью! Это главный ингредиент сегодняшнего десерта.

«Как распушил хвост! – думала София, – Все павлины в шоке! Пришёл тут своим обаянием преображать всё вокруг! Что стоит за этими словами, интересно? Напыщенный пафос? „Пыль в глаза“ и больше ничего?! „Милые дамы“… „с любовью“… А часто ли такие вежливые и обходительные вспоминают о любви к своим милым дамам в больнице, когда им отрезают ноги? Мне ещё повезло, только потеря чувствительности и коляска.

– Во-как, завернул! – не удержалась София и, вскинув брови, расплылась в улыбке. – Но не стоит забывать, что одними словами сыт не будешь, и давай уже приступим к десерту.

«Думаешь, я болтун? – размышлял Никита, – Или пустозвон? – Никита впился взглядом в Софию, словно вёл невидимую битву, в которой отчаянно хотел победить, но встретил серьёзное противостояние. — Или думаешь, говорил комплименты как какой-то подхалим, с дальним прицелом? С выгодой для себя? Если бы ты знала, что когда писала мне, как порезала руку, я ощутил боль на своей руке. Или когда у тебя болела голова, моя словно меня не слушалась.