Сказки для избранных 3

Из-за поворота вынырнул один из тех вонючих железных монстров, которых так не любил кот Мухомор, и отправил безобидного блохастого пса в следующую жизнь.

"Что-то Кабысдоха давно не видно, – думал иногда Мухомор. – Странный он. Мечтатель… Эх, самому что ли помечтать о чём нибудь!"

И, лёжа под навесом, самопроизвольно создавшимся из старой сарайной двери и пары кирпичей, и наблюдая за первыми снежинками, нежно застилающими вонючий город и гадкую помойку, старый драный кот Мухомор, тихо мечтающий о исчезнувшей деревне, засыпал…

21.

Случай в трамвае

Войдя в трамвай, ребёнок испытал дикий ужас.

– Мама! – закричал испуганный малыш, уставившись на кондуктора.

Папа ребёнка, как бы извиняясь, смущённо посмотрел на пассажиров. Пассажиры посмотрели на ребёнка, на папу, и тоже уставились на кондуктора, желая разглядеть, что же так сильно напугало ребёнка.

Малышу было примерно три годика. Маленькие сандалики, синенькие штанишки, цветная рубашечка, оранжевая кепочка.

Кондуктор – молодая женщина, довольно красивая, без каких-либо видимых отклонений – улыбнулась малышу милой улыбкой.

– Ты продаёшь билеты? – спросил ребёнок у кондуктора.

– Продаю, мой цветочек! – ответил кондуктор. И, оторвав билетик, протянул его малышу.

Папа малыша, к удивлению пассажиров, вместо того, чтобы отдать за билетик деньги, поцеловал кондуктора в щёчку и весело улыбнулся.

– Дэвушка, и мне билетик! – обратился тут к кондуктору ещё один пассажир (кавказской наружности).

Он пробрался поближе, протянул руку за билетом, и тоже вместо денег поцеловал кондуктора.

– Мужчина! Вы что?! – отпрянула от кавказца испуганная кондукторша.

– Мне тоже нужен билет за поцелуй! – весело ответил кавказец. – Хотя, я могу и заплатить, мне денег для такой красавицы не жалко!

– Дядя, это не твоя красавица! – заступился за кондуктора малыш.

– О, мальчик настоящий джигит! – рассмеялся кавказец.

– Я не мальчик, я мужчина! – воскликнул малыш.

– О-о! – ещё громче рассмеялся кавказец, пожимая малышу ручку. – Какой маладэц! Даже я стал мужчиной в десять! А ты уже!.. Ну, давай билетик, красавица! – и он снова полез целоваться.