Приключения дяди Перри

Потом он обнаружил свисток и, захихикав, обрадованный своей внезапной находкой, сильно в него дунул, отчего из свистка, вместе с клубами пыли, вырвалась громкая соловьиная трель вперемежку со свиным визгом.

– Знаешь, если её украли, нужно обязательно вызвать милицию! – пояснил дядя Перри.

Он хотел снова свистнуть, но пыль попала ему в нос и он громко чихнул.

– Фу… А впрочем… Бог с ней, с этой машинкой! – сказал, подумав, Перри. – Давай лучше пить чай!

Плюхнувшись на тахту, он предложил мне вскипятить воду и приготовить для нас этот чудесный напиток.

– А я пока достану твои угощения, – и он вывалил из сумок всё (заранее мною купленное), что мы притащили с собой. Когда я подошёл к дяде Перри с двумя кружками горячего чая, тахта вокруг него была полностью завалена пирожками, яблоками, конфетами, сардельками, печеньем, сыром, ватрушками и прочими вкусностями.

– Не густо! – снисходительно улыбнулся дядя Перри. – Но до ужина продержаться можно.

Потом он взял из моих рук обе кружки с чаем, охотно поблагодарил меня кивком головы и сказал:

– Себе тоже можешь налить. Не стесняйся! Чувствуй себя как дома! Ты же не забыл, кто лучший гостеприимный человек на всей планете?! Ну, и можешь выбрать себе какую-нибудь небольшую конфетку, из этих, – показал он на карамельки.

Мы сидели с дядей Перри и с удовольствием пили чай с конфетами и пирожками.

Когда за окном совсем стемнело, Перри нажал кнопку на стене и на потолке включилась маленькая люстра. Но свет от люстры почему-то наполнил только часть комнаты. Я поднял голову и с удивлением увидел, что на этой маленькой люстре висели совсем не маленькие шерстяные носки!

– Это мои любимые, – объяснил дядя Перри, пока я любовался его носками.

– Поэтому ты и повесил их на люстру? – спросил я.

– Ты не такой глупый, каким часто кажешься! – похвалил меня дядя Перри.

– Зимой они греют мои ноги и радуют меня, а летом висят тут и радуют моих гостей. Должны же гости тоже радоваться, в конце концов! Ты со мной согласен?

– Конечно согласен, дядя Перри! – согласился я.