Штрихи и пунктиры

Тима…

Тимофей оттолкнул ее и заходил кругами по кухне.

– Так куда она могла деться? – разговаривал он с самим собой.

– Мяу! – высунулась морда Васьки из подпола.

– А ну! – опять замахнулся Тимофей, но остановился.

– Ты чего? – напряглась Галина.

Тимофей отодвинул комод от стены. В углу зияла еще одна дыра в подпол. Тот почесал затылок и пошел в кладовку. Вернулся с гвоздодером в руке.

– Ты чего собрался делать? – спросила Галина.

Тимофей Сунул гвоздодер в щель и принялся отрывать доски.

– Включи свет, – скомандовал он.

Галина щелкнула выключателем. Толку от лампочки не было.

– В кладовке фонарь есть, принеси его.

– А где он там стоит? – спросила Галина.

Тимофей сам пошел в кладовую. Вернулся с большим переносным фонариком и стал осматривать место.

– О, нашел! – радостно сказал он и засунул руку под брус. Вытащил оттуда банку с деньгами. – Не могла сказать, что завалилась в подпол, а? А то заладила тут «Не знаю, да не брала».

Галя ушла в комнату.

– Мяу! – подал голос Васька.

– Вылезай, нашлась пропажа, – разрешил Тимофей.

МЕТОДИЧКА

«Пойти по пути наименьшего сопротивления – самое простое решение, которое может принять человек. Это заложено в нашем мозге еще с древних времен. Бессознательный инстинкт. И сколько бы человек не упирался и не доказывал, что он любит трудности и препятствия, в основном это показуха или хвастовство.

– Пишешь? – скрипя дверью, вошла в кабинет Маша. Волосы она распустила по плечам.

– Пишу, Мышонок, – ответил Вова. – Принялся за психологию бессознательного. Пытаюсь растолковать, почему человек руководствуется теми или иными привычками, как и почему делает определенный выбор в различных ситуациях. В общем, как обычно, сижу и лью воду.

– Вы, психологи, вечно любите воду.

– Ой, а вы, технари, рассуждать толком не умеете. И говорите коряво. Нет в вас философии.

– Вовочка, миленький ты мой, расскажи-ка мне, пожалуйста, для чего мне – специалисту по гидрохимии – нужна твоя философия. Ницше там… или Кант… или кто там еще есть?

– Гегель, – с улыбкой подсказал Вова.

– Вот, Гегель-Шмегель, – продолжала Маша. – Они же не объясняют, почему химическая реакция не протекает в заданном режиме.