Три белых коня. Конкурсный сборник прозы

Рыжий!

– Ах ты моя выдумщица! Сколько же у тебя фантазии в голове? Пойду маме расскажу!

А Ева просто улыбнулась и помахала рукой голубому небу. Она же знала, что взрослые всё равно ничего не поймут. Потому что они уже выросли и давно не верят в чудеса.

Спасение Рождества

Монастырь располагался посредине озера на каменном острове. Место безлюдное, и очень подходящее для молитвы и уединения. Но в большие праздники обитель становилась центром паломничества множества людей из близлежащих и отдаленных деревень.

Особенно народ любил приезжать в Рождество. Больше всех радовались дети, ведь монахи всегда наряжали большую ёлку и угощали разной вкуснятиной. В прошлом году, например, это были медовые пряники и леденцы на палочке.

Весь пост послушник Алексий старательно готовился к Рождественским праздникам: все заботы о заготовке сладостей детям он взвалил на себя. Печь пряники его научила родная бабка, пока была жива. А уж петушков из сахарного сиропа он научился делать сам. Готовые сладости он укладывал в специальный, «праздничный», как он его называл, шкаф.

Настоятель монастыря игумен Феодосий после литургии, отобедав лишь просфорой и чашкой пустого кипятку, отправился в свою келью. До окончания поста оставалось совсем немного – отец Феодосий очень ценил последние дни перед Рождеством и старался как можно больше уделять времени молитвам. В эти часы братия его обычно не беспокоила. Насельники понимали, что настоятелю в эти часы нужен покой.

В один из таких дней, аккурат за четыре дня до Рождества, именно в эти часы в его келье раздался стук.

– Кто там? – удивился отец Феодосий.

– Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас! – раздался голос.

– Аминь, – ответил игумен и в комнату вошёл инок Сергий.

– Беда батюшка! – сказал вошедший, перекрестившись на иконку.

– Что случилось?

– Я ещё после всенощной почувствовал, что голова болит, – покачал головой Сергий, – неужели, думаю, погода испортится? Так и вышло. Пришла оттепель, отче.

Настоятель забеспокоился. На его веку такое бывало, но редко. А уж на Рождество – никогда. Слова инока означали, что до большой земли добраться невозможно. Зимой всегда была дорога. По ней и ездили. А перед весенним потеплением монастырь запасался всем чем можно и на некоторое время становился отрезанным от всего мира.