Горсть синего овса. Современная повесть о любви

Ей вдруг очень захотелось остаться здесь, в этой комнате, в этой квартире, в этом городе. На смену тревогам сумбурного дня пришло состояние тихой грусти. Арина удобно устроилась на диване и включила музыку. Она закрыла глаза и зашептала любимую сказку:

– Коню дали синие крылья и назвали его Синий Конь надежды…[2 - Имант Зиедонис «Синяя сказка»]

– Может, позвонить девчонкам, – подумала она без энтузиазма. У них была веселая компания школьных подруг, но близкой дружбы у Аришки ни с кем из этой компании не было.

– Интересно, если бы у меня была хорошая подруга, смогла бы я ей рассказать о том, что произошло сегодня? – она закрыла глаза и начала рисовать в мечтах образ закадычной подруги.

Разбудил ее звонок мобильника, она взглянула на часы. Было уже девять вечера.

– Кто это может быть, – думала она, пытаясь выудить телефон из недр сумки. Наконец ей это удалось. Голос, который она услышала в трубке, был неожиданным.

– Алешка? Что случилось? – не совсем проснувшимся голосом спросила девушка.

– Ничего, я просто хотел убедиться, что ты благополучно добралась домой, – ответил Алексей. По его голосу чувствовалось, что он улыбается.

– Спасибо, за заботу, – улыбнулась в ответ Аришка.

– Теперь я за тебя вроде как ответственность несу, – полушутя полусерьезно сказал Алешка

– Как Маленький принц, за того, кого приручил?

– Не совсем удачное сравнение, скорее, как старший брат.

– Спасибо, – Аришка вдруг почувствовала себя самым счастливым человеком на земле, – еще сегодня утром мне казалось, что я совсем одна в своей взрослой жизни, а теперь у меня есть ты.

Она уснула с улыбкой на губах. Теперь другой мир, в который она попала из уютного детства, не был для нее чужим и страшным. Она была в нем не одинока.

– У меня все получится, теперь я это знаю, – подумала она и крепко уснула.

Вадим

Рабочий день подходил к концу.

– Странно, почему-то вечером полная пепельница и сигаретный дух в кабинете совсем не раздражают, а наоборот, умиротворяют. В то время как утром… Что думаешь, Директор?

– Это от предвкушения того, что ты сейчас покинешь этот кабинет и вырвешься на свежий воздух, оставив всю эту гадость за дверью.