Тень воина

Какая нежная, светлая кожа у его… кто она для него?

У Лизы. Мужчина провел руками по ее талии, наслаждаясь каждым прикосновением. Возбуждение напомнило о себе – болезненно, ярко. Он хотел ее. Сильно, почти до неудержимой страсти. Нориаки потянулся, снимая с себя футболку. Девушка прикрыла глаза, пристыженная увиденным, и тем, что случится после. Губы мужчины спустились на ключицу Лизы, и девушка задрожала. Еще немного, и это случится. Внезапно, слезы брызнули из ее глаз, столь неожиданно, что Лиза издала тихий крик, вызванный не болью, а разочарованием от самой себя.

Она ведь хотела достойно выдержать это испытание. А получилось – что нет. Оказалась слишком слабой. Трусихой.

Нориаки остановился. Приподняв голову, скользнул взглядом по красивому, но такому напуганному лицу Лизы. Он никогда не насиловал женщин. И сейчас не собирался этого делать. С глухим стоном, мужчина слез с девушки, отворачиваясь от нее, дабы не испытывать себя. Все же Лиза, даже напуганная, была искушением для него.

А он не был железным. Но силой воли обладал.

– Отдыхай. Никому не открывай и сама никуда не смей выходить, – холодно сообщил мужчина. Натянув футболку и прихватив куртку, Нориаки спешно вышел из номера.

Когда мужчина спустился на первый этаж, девушка-администратор была крайне рада видеть его. Ей пришлось покинуть свое рабочее место, чтобы уединиться с Нориаки…

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Лиза не поверила, что ее оставили одну. Но это было так. Нориаки ушел.

Она осталась одна в номере. Не веря своему счастью, девушка все же, проверила гостиную комнату и ванную, может быть, мужчина там? Но его не было.

Это осознание, пришедшее к девушке в ванной комнате, спровоцировало у Лизы такой всплеск радости, что она готова была закричать от нее. Но не стала, конечно. Вместо этого девушка решилась, вероятно, на дерзкий поступок.

Нет, Лиза не собиралась покинуть номер. Она просто захотела принять ванну. Набрала воды, кинула в нее ароматические бомбочки.

Заперев дверь, девушка сбросила одежду и с удовольствием погрузилась в воду. Лиза прикрыла глаза, наслаждаясь своим одиночеством и недолгим, но таким желанным спокойствием.

Итак, Нориаки не стал насиловать ее. И это вывод вселил в сердце девушки надежду, что не все потеряно. Если бы не его настойчивость, вернее, даже, наглость и грубость, он бы нравился ей. Да, Нориаки был груб, но не настолько, чтобы совершить над ней насилие.