День цветов

Можно было, конечно, выбросить букет тут же, у стен городской больницы, куда Маша пришла во второй раз, чтобы навестить младшего брата. Васька совсем съехал с катушек после смерти матери. В этот раз отделался легким сотрясением мозга, с которым и проходил лечение в травматологическом отделении. «Нужно быстрее избавиться от этих гладиолусов. Так будет правильно…» – размышляла Маша по дороге домой. – «Но как давно хочется праздника! Хотя бы одного яркого пятна. А здесь целая охапка радости!» – Маша так и не смогла отказаться от нее.

Версия появления цветов родилась сама собой. Машина подруга была педиатром и иногда получала цветы от родителей маленьких пациентов. Это случалось не так часто, чтобы цветы надоели доктору как горькая редька, но Маша все же решила для себя и для мужа, «что в этот раз подруга с удовольствием поделилась с ней лишним букетом».

С появления в жизни Маши этого букета, а вместе с ним и смешанных чувств – тревоги, интриги, возбуждения и многого другого – началось ее грехопадение.

…Олег увидел ее, когда она в первый раз пришла навестить брата. Был тихий час, и пациенты пребывали в неге дневного сна. Маша сидела на краешке кровати и шепотом переговаривалась с Васькой. Олег сразу обратил на нее внимание. Она была хороша – темные кудряшки непослушным вихрем взлетали на ее голове при каждом движении, глаза искрились молодостью и азартом, трепетные пальцы длинных рук выдавали нежность даже на расстоянии. Безупречно чистая кожа со смуглым оттенком, высокие ноги в обычных больничных шлепанцах, стройная фигурка в наброшенном на маленькие растерянные плечи белом халате – Олегу удалось во всех подробностях рассмотреть Машу, оставшись при этом незамеченным.

Его желание прикоснуться к этой девушке было безграничным. На другой день он передал для Маши букет гладиолусов, которые ей с торжественным и немного загадочным видом вручил Васька во время вечерней прогулки выздоравливающих.

«Почему именно сейчас от этих мужчин нет отбоя? Где они были раньше?» – ночью Маша никак не могла уснуть.

Голова ее окончательно отказалась думать и трезво оценивать ситуацию; говорила одна только необъяснимая обида, разочарование в муже и неуемное желание любить и быть любимой. Ей было только двадцать пять лет, и казалось, что все в жизни поправимо.

Маша встретилась с Олегом три раза. Эти встречи показались ей, давно не видевшей радости от общения с мужем, настоящим праздником.