Жизнь и приключения вынужденного переселенца. Книга первая. Байки о бабайке

К этой короткой биографии школьная молва добавила, что Елена Васильевна заканчивала эту же школу, примерным поведением не отличалась, дружила с мальчишками, принимала участие в их играх, проказах и даже неплохо дралась. То есть в своё время была школьным «авторитетом».

Пацаны с благоговением слушали ее нежно журчащий голос, пока она не дошла в своем повествовании до мужа. Эти подробности были не так интересны.

А всех иллюзий о ее красоте и мягком характере хватило на два – три урока. До первой двойки ее звали ласково и даже нежно – Леночка.

Вскоре ребята перестали замечать и, как им казалось, её неземную красоту. Она стала обычной училкой. Те, кто не учил предмет, из двоек не выбирался. Это была в основном галерка. Ее обитатели начали хамить, она – выгонять их из класса.

Гек с Петькой и их друзья не были сторонниками хамства в любом его виде, и галерку в этой «войне» не поддерживали. Елена Дмитриевна это видела. Отношения преподавателя с учениками складывались ровные – учишь, хорошо, не учишь, тебе же хуже.

Несмотря на свою молодость, через месяц – другой она смогла заставить учить ее предмет всех. Противостояние прекратилось, и стали налаживаться нормальные отношения.

Ей нравились уместные шутки, ценила юмор. Была сентиментальна, порой до слез в глазах, и слишком наивна для своего возраста. Видимо Лена еще не успела закостенеть как ее старшие коллеги, или ей еще не попадались такие «гаврики» как в 6-А.

А вот по поводу пошутить и чувства юмора, Гек с Дробышем к тому времени были почти профессионалы.

Ей импонировало то, что они могли шутить, даже похулиганить, но в рамках дозволенного, и при этом предмет знали хорошо. У Гека в четверти была пятерка, у Петьки четверка. Конечно, бывало, что перегибали. Она резко ставила их на место.

Однажды друзья стянули из кабинета биологии пенопластовое ухо. Благо подобных экспонатов было такое количество, что заметить пропажу одного, было просто невозможно.

На перемене, перед уроком биологии они примотали его бинтами к Петькиной голове так, что уха не было видно, а голова, похожая на огромный кокон, стала в два раза больше.

Как тяжелобольного Гектор повел Петьку под руку в класс. По пути впереди и сзади шла хохочущая толпа. И вот они в классе. Сели на свою четвертую парту в среднем ряду.