Престидижитатор без рук

Хотя, если верить местным журналистам, у железнодорожного вокзала за пол десятка остановок отсюда тоже центр. У круглой площади рядом с дворцом ближе к нефтеперерабатывающему заводу ещё один. И далеко не последний. Торкунов шутит, очагов активности в больном шизофренией мозге столько же. Бывшему пациенту лучше знать. По нему, правда не скажешь. Выглядит несколько щеголевато даже, только сутулится. Говорит, что любит Хармса, но полосатые гетры не носит. Синих волос тоже. Не выделяется в толпе. Болтает только без умолку.

Шум в кафе помешал бы фиксировать разговор каким-нибудь секретным сотрудникам, заметил он в шутку. Если и так, то что? Показал на своём телефоне, где у меня диктофон. На его кнопочном устройстве тоже есть.

– Что ты узнал? – Потребовала отчёта Лилия Торкунова, старшая сестра.

– На первый взгляд бесхитростный взрослый ребёнок.

– Да-да, конечно. – Язвительная улыбка точь-в-точь как у Ралифа.

– Стоит понаблюдать. Неизвестно на что он способен. – Повторил я прошлый приказ.

– Зачем нам это знать? – Переспросила заместитель директора крупной сети аптек.

– Не следит за языком, уничижительно выражается о верховной власти, что может доставить неприятности вашей семье.

– Он хитёр и изворотлив. Он и о семье рассказывает небылицы. Поверьте, не всё так просто. Продолжайте. Если получится сделать определённый вывод, я заплачу.

Посидеть, попить чаю, вовремя нажать кнопку запись, почему нет. В первый день запись вышла невнятной: в двух метрах гудела кофе машина.

А в третий раз это был самоанализ. Такое задание дали на курсах. Ралиф вспомнил, как врач при последней госпитализации задавал ему вопросы. Подробно, что он помнит про тот день. Да ничего такого не произошло. С самого начала. Хорошо. Он сел в автобус, чтобы поехать домой к себе. У отца за городом ему не понравилось. Сел в автобус, спросили билет, а у него не было денег. Вернее, была одна монета в десять рублей. Доехал почти до города, вышел. Собрал букет полевых цветов подальше от дороги.

Почему в руках, когда он доехал до матери, были ягоды в стакане. Они вкусные, хотел угостить. Что дальше? Больше ничего. Как он доехал без денег? Сел на автобус и всё. И незаметно для кондуктора вышел на своей остановке. А психиатр боится, что убил я кого-то по дороге или что? А что, кто-то погиб в тот день? Ах, да, один маньяк, он тоже читал в газете, приносил матери цветы, когда удавалось поймать жертву. И вы думаете, что и я так сделал. Хорошо, давайте сначала.