Зеленая лампа. Том 2

Да, вот еще что – про пиво не забудьте!

Михаил МАТЛИН, фольклорист, кандидат филологических наук

Сергей ГОГИН

* * *

Наливаются временем веки,

но глаза остаются сухи,

если кто-то уходит навеки

и уводит с собою стихи —

за калитку, за грань, за пределы

(что нельзя обойти стороной),

где моё сознающее тело

прозвучит в унисон с тишиной.

***

Эпоха обветшала и уходит.

Вторгается эстетика распада.

Студенческая скрипка в переходе

соперничает с бликами айпада.

Что было вашим, уплывает к «нашим».

Грусти, паяц, и, если можешь, – смейся.

Сапожки и ботинки месят кашу

пескосоляной снежно-грязной смеси.

Ни день, ни ночь, а что-то в промежутке:

и жутко, и куда-то надо ехать.

Пустой «баян» ветхозаветной шутки

пускает эхо сдержанного смеха.

И то, что Веник возвестил на «Эхе»,

и то, что скушал внук Эдиты Пьехи,

и хорошо ли слажен «домик утки» —

всё перетрут любезные в маршрутке.

И бесконечна эта остановка,

международна эта обстановка.

Мерцают в небе призрачные краски.

Бухой мужик выгуливает хаски.

Из цикла «Филологическое»

Не верю застольным речам,

не вижу себя седовласым,

как ватник c чужого плеча —

расхожее: «Время всевластно».

Я – словно мальчишка-щенок,

и длинные школьные стены —

пожизненно мне, и звонок

раздался с большой перемены.

Рыдает звонок, но – по ком?

С контрольной работы сознанья

я снова сбегаю тайком,

бессменный вахтёр баба Маня

в зелёном, как вечность, платке

меня, милосердствуя, судит,

пока на шершавой доске

вопросы спряжения судеб

нестарый ещё педагог

царапает в трёх вариантах,

он выдумать лучше не мог,

чем прибарахлиться у Канта

в бутике забытых вещей —

«в себе», «вне себя» и «для прочих»,

где нет бытовых мелочей,

но нет и возвышенных очень,

где я, наконец, понял бы

в объятьях тоски непролазной:

свобода надёжней судьбы,

надежда сильнее соблазна.

Царапай, смешной педагог,

свои роковые вопросы,

летите стремглав за порог,

разумные, добрые осы,

спешите на помощь, пока

за мной еще можно угнаться,

ужальте мальчишку-щенка:

старею – пора просыпаться.

***

Нынче в доме пусто. Всё уже случилось.

Чацкий сгинул в дурке, Треплев застрелился,

Мурку закололи пёрышком (небольно),

головы лишился глупый Берлиоз.