Н-Два-О

Собственно, по окончании «ревизии» Арсений Семёнович без лишней скромности вручил экспроприированную бутылку коньяка комиссии в подарок. Кто-то тут же предложил «продегустировать», и спустя пару минут приступили к «тестингу», чтобы на месте оценить тонкий вкус и изысканный аромат напитка, а через полчаса украсить содержимым своего желудка всё окружающее пространство.

Как выяснилось после недолгого разбирательства, сотрудник отдела, из шкафчика которого была «позаимствована» бутылка, по какой-то странной прихоти хранил в таре мощнейший экстракт трёхцветной фиалки, что при употреблении в обильном количестве вызывает приступы рвоты, а также стимулирует мочевыделительную систему.

Но сейчас именно от этого человека зависело, будет ли у меня вода и еда. И прежде чем он успел сбежать, оставив меня наедине с кучей каких-нибудь особо бесполезных дел, я обратился к нему с этим серьёзным вопросом:

– Арсений Семёнович, а что у нас с питанием? А то всех перенаправляют к начальникам отделов, коим вы, собственно, и являетесь.

– Да как вам сказать. Мне право, дико неудобно, но пока никаких указаний насчёт питания для сотрудников не поступало. Единственное, что мне известно – это то, что сейчас проводится реформа и подсчёт всех наличных запасов для дальнейшего, более плодотворного, их использования, – с грустной улыбкой ответил мне он.

Что ж, ничего нового Слизень не сказал. Вот только теперь вообще непонятно, где брать еду и воду. Хоть лично к этому новоявленному Верховному Управляющему иди и в ноги кланяйся. Мол, подай рабу своему ничтожному хлеба и вина вкусить. Бред, в общем какой-то.

Вслух же я лишь презрительно хмыкнул и, отвернувшись, пошёл искать хотя бы глоток воды. Вслед мне послышались удивлённо-возмущённые возгласы Арсения Семёновича, но я не обратил на это внимания.

Завибрировавший браслет-коммуникатор отвлёк моё внимание от первобытных поисков пропитания. Удивительно, но внутренняя сеть до сих пор работала. Интересно, кому в такой напряжённый для всех момент захотелось со мной пообщаться?

– Ну что ты там скучаешь? Видел тебя на собрании, так на тебе вообще лица не было, – услышал я всё тот же знакомый жизнерадостный голос Белоголовцева.