Приключения Фараона

Попробуй. Ведь я перед тобой. Нападай.

– Так ты смеешь ещё смеяться надо мной! – попытался прокричать я. – Сейчас вы все увидите, что я настоящий пес. Я настоящий герой.

Я собрал все силы, что во мне остались, и бросился со всей мочи, по крайней мере, мне так казалось, на чёрного ротвейлера. Я бежал, бежал, бежал и всё не мог понять, почему я не настигаю его. Ведь он был очень и очень близко. Я снова поднапрягся, рванул вперёд, поднял глаза и увидел над собой огромную лапу чёрного ротвейлера.

Оказалось, что все это время, пока я бежал, он легонько придерживал меня за спину.

И делал это он так странно и аккуратно, что я не чувствовал боли. Зато в области груди боль проявилась сильнее. Кинжал, который пронизывал меня, словно сделал несколько оборотов. И все это в моем теле. В этот момент у меня из глаз брызнули слезы. Я не выдержал и упал от бессилия.

– Что с тобой, малыш? – тихо спросил ротвейлер.

– Я не понимаю, что со мной происходит.

– Ты просто испугался, малыш.

– Нет! – постарался я из последних сил закричать на ротвейлера.

 – Я не испугался! И я не малыш.

Но силы снова покинули меня, и я вновь упал на землю.

– Вот я что предлагаю, малыш, – улыбнулся ротвейлер. – Пойдём отсюда. Из этого мерзкого гнездилища. А по пути ты мне расскажешь, что с тобой происходит. Почему бы тебе не рассказать обо всем и по порядку? И, слышите?! – обернулся ротвейлер к крысиной стае. – Ещё раз не согласуете со мной свой ужин – тут же обо всем узнает Всемогущий Сэм. И тогда вы сами станете одним большим ужином у стаи ворон.

– Согласуем, согласуем, повелитель, – раздались по стае грустные возгласы. Но громче всех, конечно же, выкрикивала Великая Мразь.

Глава шестая

Чем дальше мы уходили от того места, где меня хотели сжечь, тем светлее становилось. Начинался рассвет. Я стал оглядываться по сторонам. Место, откуда мы выходили, было заброшенным недостроенным домом, рядом с которым разместилась огромная помойная куча. Местность казалась мне знакомой. Дома были немного похожи на те, в которых жили и мы.

Но здесь мы с мамой точно никогда не гуляли.

На улице стало совсем светло. И, что удивительно, чем светлее становилось, тем быстрее уходила боль из моей груди. Все это время мы шли молча.

– А почему они тебя называли Повелитель? – не выдержал я и первым прервал молчание.

– А может, сначала ты расскажешь мне, как оказался в такой поздний час на территории правления крыс? – ответил он вопросом на мой вопрос.