История Смотрителя Маяка и одного мира

И никогда не испытывайте ни к одному из них даже десятую часть того доверия, которое вам удастся показать», – поучала «Книга правителя стороны Штормов».

Таэлир всё ещё стоял, поскольку никто не позаботился о том, чтобы принести ему кресло. Плотнее сжав губы на слишком узком подбородке, он, видимо, решил, что терять ему уже нечего.

– Кора Лапис ничего не сделала, нельзя объявлять на неё охоту, это нечестно! И незаконно, – сказал принц, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно.

Короля всё это, казалось, забавляло.

– Приятно видеть, что ты, наконец, немного заинтересовался государственными делами, – сказал Оланзо.

– Так вы… отмените это, да? Розыск Коры Лапис? – спросил Таэлир, и надежда в его голосе даже Голари показалась наивной.

– Конечно, нет, – сказал король. – Если бы ты видел немного дальше того, что происходит в твоей голове, ты бы знал, что Кора Лапис – опасная государственная преступница, она напала на офицера Королевских Птицеловов, который находился при исполнении своих обязанностей.

От неожиданности Голари вздрогнул и пробормотал что-то неопределённое. По правде говоря, он не мог пока давать заключение о законности, поскольку не успел изучить всех обстоятельств дела. Но поспешно возражать самому королю тоже не стал.

– Она ничего не сделала! Кора Лапис ничего ему не сделала, этому Птицелову, – сказал принц дрогнувшим голосом.

Король чуть склонил голову набок – его тень за спиной сделала то же самое, с видимым удовольствием наблюдая занятную сценку.

– Я понимаю, дорогой мой, что эта девушка – твоя любимая поэтесса. Хотя я и не понимаю ничего в поэзии, но, наверное, её стихи действительно неплохие. Но это не значит, что я должен из-за твоего каприза отменять справедливый приказ. Верно ведь, лори Первый советник, что все подданные Королевства равны перед лицом королевского правосудия? Нет исключения… ну, скажем, для любимых поэтесс наследного принца, я прав?

На этот раз Голари с готовностью кивнул.

Принц отступил назад, с ненавистью оглядев всех троих. Малум, как всегда, казался невозмутимым.

– Так знайте же, что ваши подчинённые просто слабаки! – зло сказал принц в лицо начальнику королевской секретной службы. – Этот офицер испугался простых стихов.