В Рим и обратно

И наша матушка Русь в итоге получила династию, последний венценосец которой в жилах имел в лучшем случае одну сотую русской крови. Возможно, дело не в этническом составе. Екатерина Великая была более русской по духу, чем её муж, внук Петра Великого, что вернул педерасту Фридриху прусскому с поцелуями то, что завоевала наша армия. Дело в другом. Сильный государь Александр Третий держал и прославлял Россию, а слабый, его наследник Николай Второй, слушал и слушался немецкую родню.

– То есть выходит, что в девятнадцатом веке России, несмотря на немок и немцев на престоле, ещё как-то везло… На достойных преемников.

– А в двадцатом везение кончилось. Цесаревичем Николаем помыкала мать, которая пеклась не о престоле, а об устойчивости династии. Угождал жёнушке, что обижалась на кузена Вильгельма, посмеивающегося над ней как над провинциальной немецкой принцессой с дурным вкусом. Метался меж двух огней и плутал меж трёх сосен. И для России стал несносен… О, надо же, стишок вышел!..

– Послушай, Маша, – мелькнувший впереди у самого горизонта конус самого живописного вулкана Европы вернул туриста в реальность, – вроде, подъезжаем, а мне так хочется успеть тебя спросить… А это не враньё всё про слабости последнего государя, а? Советские учебники, Солженицын.

Он и по воронам стрелял, когда надо было делами и законами заниматься, и на женском внимании был зациклен как слабоумный… Пойми, я ни в коей мере не разделяю мнение фанатиков, что вопят, мол, не трогай страстотерпца.

– Если отбросить трактовки, есть ещё и голые факты.

Их оценивай.

– Кажется, я догадался!.. – произнёс он медленно – фотографии, цифры и всё такое. Не в пользу Николая. Вроде бы как, ещё будучи цесаревичем, в поездке по Японии он себе набил татуировку с драконом… И не стеснялся!

Да за одну эту блажь можно было бы вернуться к вопросу об обоснованности его пребывания на скамейке запасных престолонаследия…

– Да, на правой руке… – задумчиво кивнула чичероне – что это, легкомыслие? А в Ветхом завете сказано – не протыкай плоть, не наноси на неё письмена… Мистика, метафизика, суеверия?

– Но в 1904 году войну японцам наша империя проиграла.

Врагу не сдаётся наш гордый Варяг… Хороший ответ тем, кто считает кощунством фильм о страсти цесаревича и польской балерины…

– Мы начали с киноленты, – она чуть подняла подбородок, глядя в окно на приближающийся конус вулкана, на светлом фоне чётко обозначился её профиль с лёгкой горбинкой носа и высоким лбом. – Но я отвечу.