Культура поэзии – 2. Статьи. Очерки. Эссе

Я постоянно ощущаю наличие двух «музык»: музыки физической (звучащей во мне) и музыки метафизической (звучащей в меня и звучащей мной). Вторая музыка – онтологична, духовна, объективна и божественна.

На всякий страх есть сосны у реки,

полёт шмеля, исполненный лучами —

всё прочее возьми и отсеки

от сказанного нами.

Пусть голос лишь себя, себя возьмёт

из множества молчаний о пропетом —

над бездной, в нужной музыке без нот

себя сыграет светом.

Держась за звук, протянутый до нас,

не устрашись, о музыка в июле,

ни скрипа сосен, ни обрыва фраз

в шмелином чистом гуле.

Побудут нами берег и река,

пока полёт продлится ниоткуда,

пока полоска тёмная легка

летящему отсюда.

Стихотворение Алексея Порвина – как раз о музыке. О такой музыке, которая есть и свет, и тьма, и жизнь, и смерть, и любовь, и мир, и Бог. Поэт здесь эксплицирует знаки метамузыки. Метаэмоции, метаобразы и метасмыслы приближают нас к метамузыке, к музыке главной, к музыке, слышной не всем и не всякому.

Я крашу табурет. Выпросил у деда кисть и крашу табурет. Крашу табурет – и ему хорошо. Он молодеет. Он постанывает и даже всхлипывает от счастья. Боже, он – балдеет. Как мальчишка (из моего детства), надевающий новые кеды…

Потом я научился выбирать собеседника. Собеседников – так точнее. Ими стали вода (рыбачу с пяти лет), огонь (костёр, печь, камин), небо (от нижнего, исподнего до жирного от звёзд и пустоты), земля (особенно глина, из которой я лепил всё на свете до тех пор, пока пьяный мой папа не сокрушил всю эту мою «выставку херни»), воздух, из которого состоит всё на свете – от воды до звёзд.

Думаю, что словесник, художник должен сначала духовно, ментально и эмоционально освоить эти стихии, эти метапредметы и метавещества перед тем, как начинать прикасаться к архевеществу, к археквантам («частицам, клеткам Бога»), прежде чем не имитировать вербально, но вербализовать метасмыслы. Архесмыслы. Божественные смыслы.

РЕКА – ОБЛАКА

Ресница твоя поплывёт по реке,

и с волосом вьюн,

и кровь заиграет в пожухлом венке —

и станешь ты юн.

И станешь ты гол как сокол, как щегол,

как прутья и жердь,

как плотской любви откровенный глагол

идущих на смерть.

И станешь ты сух, как для детских ладош

кора старика,

и дважды в одну, как в рекламе, войдёшь —

и стерпит река.

И стерпит земля, небо, вода, воздух и огонь – тебя. Вот о чём здесь говорит Денис Новиков.