За гранью. Мистическая повесть

– Вот полюбуйтесь, Завьялова, – вывел следователь на экран ноутбука страницу из дневника.                                                        Елена впилась глазами в текст.

«24.07.08. Сегодня я стал мужем моей М.! Теперь я люблю её ещё сильнее. Она не только лучшая, но и самая близкая мне из всех девочек на свете. Я никогда не забуду ту ночь и сильный ливень с грозою за окном».

После прочтения любовного признания сына густой румянец покрыл щёки Елены.

– А вот ещё доказательство вашей половой близости с убитым.

«02.01.10. На Новый год я попросил М. родить мне мальчика, но она сказала, что этого нельзя делать: может получиться урод. А я так хочу иметь от любимой М. мальчика, такого же красивого, как и мы с ней. Очень жаль, что наше желание несбыточно. Выходит, что мы не совсем муж и жена».

– Пожалуйста, дальше, – снова щёлкнул мышкой следователь.

«08.03.11. М. предложила взять на воспитание чужого ребенка, – Но я хочу только своего.

Это была последняя запись. Прочитав её, Елена опустила голову.

– Ну что скажете, гражданка Завьялова? Будете и дальше отрицать тот факт, что вы совратили родного сына, а потом убили за то, что он предпочёл вам гражданку Савельеву Светлану Николаевну, которая забеременела от него, и на которой он, видимо, собирался жениться. Между прочим, она тоже вызвана на допрос для дачи показаний и вашего освидетельствования.

Следователь нажал кнопку под столом. В кабинет вошла Савельева с округлившимся животиком и полными страха глазами.

– Присаживайтесь, Савельева, – предложил он, указывая глазами на ряд стульев, стоящих возле двери. Как ваше самочувствие? Вы в состоянии дать нам кое-какие показания?

– Да, – почти прошептала она.

– Меня интересует следующее. Знаете ли вы эту гражданку, – показал головой следователь на Елену, – и что можете рассказать о ваших взаимоотношениях с ней и с убитым Завьяловым Сергеем Андреевичем.

Хочу заметить, что здесь и на предстоящих судебных разбирательствах вы выступаете не только как свидетель, но и, прежде всего, как потерпевшая, поскольку отец вашего будущего ребёнка был убит.                                                                                      При этих словах Савельева расплакалась.

– Выпейте водички, – подошёл к ней следователь и подал наполненный из графина стакан.